Он подождал, пока ведьмы займут свои места на сцене, а остальные рассядутся в зале.
— Никакой увертюры в привычном смысле слова, — сказал он. — Свет в зале гаснет, слышен приглушенный барабанный бой. Бум, бум, бум — как биение сердца. Занавес поднимается, вспышка молнии. Мы мельком видим ведьм. Сухой лед.
Рэнги на перекладине виселицы тянется к голове трупа. Венди согнулась пополам, а Блонди, стоя у нее на спине, хватается за ноги висельника. Они копошатся так пять секунд. Свет гаснет. Раскат грома. Свет снова постепенно загорается, он тусклый и направлен на ведьм, которые теперь стоят на земле. Диалог.
— «Когда сойдемся мы втроем…»[108]
Блонди говорила высоким дискантом, голос Венди был резким и прерывистым, а голос Рэнги — полнозвучным и дрожащим.
— «Там встретим мы…» — Пауза. Тишина. Потом все вместе они шепчут:
— «…Макбета».
— Вспышка молнии, — сказал Перегрин. — И два кошачьих вопля. Сухой лед, много.
— «Полетим в нечистой мгле».
— Свет полностью гаснет! Поймай их в воздухе, в прыжке. Эффект длится одно мгновение. Свет остается выключенным, пока не сменят декорации. Ведьмы! Кто-нибудь, попросите их подойти поближе.
— Мы слышали, — сказал голос Рэнги. — Идем.
Он и две девушки вышли из-за платформы.
— Нужно будет придумать, как быстро выйти из-за платформы, пока свет на сцене выключен. Чарли там?
— Да, — сказал помощник оформителя, выходя на сцену.
— Понятно, что нужно сделать?
— Понятно.
— Хорошо. Есть вопросы? Рэнги, как матрасы? Все хорошо?
— У меня да. А вы как?
— На этот раз удачно, — сказала Венди. — Но лодыжку растянуть можно.
— Падайте мягко, распластайтесь и уползайте, — сказал Перегрин.
— Да.
— Погодите минутку.
Он воспользовался временной лесенкой, поднялся на сцену и взбежал на платформу.
— Вот так, — сказал он и высоко подпрыгнул. Он исчез из виду, раздался мягкий стук.
— Надо будет чем-то это замаскировать, — сказал мастер сценических эффектов. — Может, снова приглушенный бой барабана?
Полная тишина. Венди перегнулась через край платформы. Перри лежал на спине и смотрел на нее.
— Все в порядке? — спросила она.
— Идеально, — сказал он странным голосом. — Я сейчас вернусь. Следующий эпизод. Освободите сцену.
Они ушли со сцены. Перегрин осторожно ощупал правый бок под ребрами и над бедром. Перелома не было, но бок чертовски болел. Он встал на четвереньки на покрытом брезентом матрасе и теперь увидел, что произошло. Под брезентом отчетливо вырисовывалась крестообразная выпуклая фигура: рукоять, переходящая в лезвие. Он ощупал ее: никаких сомнений, это был клеймор — деревянный меч, от которого они отказались, начав пользоваться стальными копиями оригинала.