Полковник Бёрч положил руку на стеклянную дверцу ближайшего к нему шкафа, как будто затем, чтобы поддержать себя. Там на полках красовалось множество двустворчатых моллюсков, которых при других обстоятельствах он мог бы внимательно разглядывать. Теперь он смотрел на них так, словно они его совершенно не интересовали.
– С тех пор как вы уехали, – сказала я, – Мэри не обнаружила ни одного ценного экземпляра, и теперь у ее семьи очень ограниченны средства, ведь все, что она находила прошлым летом, она отдала вам.
Полковник Бёрч поднял на меня взгляд:
– Это несправедливо, мисс Филпот. Я сам искал свои экземпляры.
– Нет, сэр. Не искали. – Я подняла руку, чтобы пресечь его попытку перебить меня. – Вы можете думать, что сами нашли все эти фрагменты челюстей и ребер, акульи зубы и морские лилии, но ведь это Мэри указала вам на них. Она находила их, а потом вела вас туда, чтобы вы считали, что и на этот раз вам так необыкновенно повезло. Вы не охотник за окаменелостями. Вы собиратель, коллекционер. Это большая разница.
– Я…
– Я видела вас на берегу, сэр, и все обстояло именно так. Не вы нашли того ихтиозавра. Его нашла Мэри, а потом бросила рядом с ним свой молоток и попросила вас поднять его, чтобы вы увидели кости этой твари. Я присутствовала при том событии и уверяю вас, что это ее ихтиозавр. И вы отняли его у Мэри. Мне стыдно за вас.
Полковник Бёрч оставался недвижим, склонив голову и выпятив губы.
– Возможно, вы не понимали, отчего она так поступает, – продолжила я немного мягче. – У Мэри широкая душа. Она всегда готова поделиться с друзьями своими лучшими находками. Вы заплатили ей хоть за один из образцов?
Полковник Бёрч принял сокрушенный вид.
– Она настаивала, что я сам их нашел и она тут ни при чем.
– А оплатили ли вы хотя бы то время, что она затратила на поиски окаменелостей для вашей коллекции, как о том просила в письме ее мать несколько месяцев назад? Мне известно о письме, потому что это я передала ей ваш адрес. Я удивлена, сэр: вы упрекаете меня, что я не ответила на ваше послание, меж тем как вы сами оставили без ответа письмо, касающееся вещей гораздо более существенных, нежели коллекционирование окаменелой рыбы.
Полковник Бёрч промолчал.
– Знаете ли, полковник Бёрч, этой зимой я обнаружила, что Эннинги готовы были продать свой стол и стулья, чтобы заплатить за квартиру. Стол и стулья! Им пришлось бы обедать стоя.
– Я… я понятия не имел, что они в таком бедственном положении.
– Мне удалось убедить их не продавать свою мебель только тогда, когда я заплатила им авансом за будущую окаменелую рыбу, которую Мэри найдет для меня. Я предпочла бы просто дать им денег – я, вообще-то, нахожу образцы сама, а не плачу за них. Но милостыни они от меня не примут.