Со свистом рассекает воздух стрела. Она пролетает рядом с Ильясом, едва не задевая его плечо. И легко вонзается, как в мягкое масло, в ствол орешника, стоящий вблизи.
Ильяс внимательно щурит свои песчано-светлые глаза и различает впереди силуэт. Там среди зарослей лиеских лип притаился человек. Неизвестный стрелок стоит, совсем слившись с сухими прозимовавшими листьями и буро-пестрыми ветвями.
К айвинцу прыгает скалящий зубы серый пёс — грозный волкодав. Свирепо рычит на него, неистово скалит клыки. Но Ильяс его не боится.
Появляется таинственная лучница. У хозяйки собаки волосы подобны осенней листве. Они выбиваются из-под неприметного бурого платка, завиваются у тонкой шеи. А ее глаза сверкают, как раскаленные горячие барханы.
— Кто ты? — спрашивает его, не отпуская тонкую, будто бы волос, упругую тетиву.
Ильяс усмехается:
— Всех так встречаешь?
На лице незнакомки рассыпаны рыжие веснушки, будто яркие искорки. Она морщится и словно пренебрежительно ему говорит:
— Я задала тебе вопрос.
Ильяс серьезнет:
— Да путник я… Держу путь в пустыни.
Лучница не верит ему:
— Путник? С кенаром наперевес?
— Дороги нынче опасны, — кивает на нее Ильяс, ухмыляясь.
Девчонка молчит. Ее пес по-прежнему скалится.
— Послушай, — говорит айвинец, — зла я тебе не желаю. Я иду домой. Все верно ты подметила: я воин. Некогда в Красной битве я воевал против Берга. Теперь же… Охранником в пути возьмёт кто, рад буду. Ни медяка не осталось.
Лучница вздыхает.
— Ладно, — соглашается она. — Так и быть отпущу тебя, — и, предупреждая его, добавляет наигранно грозно. — Но Клык, если кому ты захочешь чинить вред, тебя может запросто завалить.
Волкодав, подтверждая, громко лает.
— Понял-понял. Испугался, — примирительно произносит Ильяс.
Девчонка опускает лук, не сводя с айвинца настороженных карих глаз.
— Ты, скажи мне, всех так пугаешь? — задает он ей вопрос.
Она смешно вздергивает свой нос:
— Вот еще. Да только в последнее время, какого только сброда из Кобрина не валит.
Мужчина окидывает взглядом ее хрупкую фигуру.
— И что же некому больше на страже лиеских лесов стоять, кроме тебя? — спрашивает Ильяс у хозяйки волкодава.
— А тебе какое дело? — злится она. — Думаешь, это случайно стрела мимо тебя пролетела? Я утке точно в глаз выстрелить могу. Пока ты только потянулся бы за своим кенаром, я бы уже смогла нанести решающий удар.
— Меткая, значит? — прячет айвинец улыбку.
— Быстрая, — серьезно она отвечает. — Лук позволяет угнаться за быстро тающим временем.