— А зовут тебя как? — интересуется путник.
— Марика, — говорит девушка.
— А я Ильяс, — представляется он. — Проводишь меня до ближайшей деревни?
Она соглашается:
— Провожу. До Ваишено к обеду выйдем.
Впереди них бежит ее пес, то и дело останавливаясь, чтобы подождать хозяйку. Волкодав настороженно водит носом по ветру, принюхиваясь к запахам.
На весь лес проносится звонкая отрывистая песнь теньковки. Маленькая приземистая птичка с зелено-бурым телом высоко сидит на ясене и неустанно повторяет: «Тень-тинь-тянь-тень». Услышав шорохи, она испуганно взлетает и уносится прочь, скрываясь в густой чаще.
— Зверей в лесу не боишься? — задумчиво спрашивает у лучницы Ильяс. Она лишь передергивает плечами:
— Людей страшиться нужно, а не живности, — утверждает Марика.
Она убирает с лица пряди, что ярче солнечных лучей, и говорит пришедшему из Кобрина путнику:
— Я раньше не встречала айвинцев. Не слишком вы любите покидать родные пустыни.
Мужчина отвечает, наблюдая, как ветер развевает ее алые волосы, горящие, словно языки пламени:
— Дом есть дом. Скучаю по нему.
— А что ушел? — спрашивает Марика. — Устал от кочевой жизни?
Глаза пустынника теплы, словно весеннее солнце. У его губ собираются маленькие морщины, когда он улыбается ей:
— Я и в Кобрине не знал крыши над головой. Когда империя затеяла войну с Бергом, Айвин решил оказать ей поддержку. Отправил воинов, ну и меня, конечно. А там уж… Приключений мне захотелось, свет посмотреть.
— Посмотрел? — фыркает лучница.
— Уж вовсю нагляделся. Представляешь, в Айсбенге побывал.
— Пустынник в Айсбенге! — смеется Марика. — Как не замерз? Что тебе там только понадобилось? Говорят, там люди не живут, одни только волки. А те — куда свирепее наших. Не порвали тебя?
— Нет, — улыбается воин, вспоминая. — Так, потрепали.
— Врешь! — прыскает девушка.
— Конечно, — легко соглашается он.
— И что же, теперь службы ты снова ищешь? — интересуется лучница.
— Как прядильщица судеб решит, — смиренно произносит Ильяс. — Но был бы я рад стать стражем тем, кто будет на юг, как и я, держать свой путь.
Марика отвлекается от разговора и кричит своему волкодаву:
— Клык! Отрыщь[3]!
Пес, поджимая хвост, отступает. Под ним лежит зверь со светлым, охристо-серым мехом — попавший в силки заяц. На его спине виднеются не вылинявшие с зимы сизые подпалины. Длинные уши с черными концами сложены треугольником.
Ильяс вдруг инстинктивно хватается за висящий на поясе кенар. Айвинца обуревает тревога, навязчиво кружащаяся с ним рядом.