«Да. Уже не так сильно, как раньше, но в определённых ситуациях по-прежнему нервничаю. Как сейчас. Так что, пожалуйста, что бы ты ни делал, не раскачивай сиденье!»
Сэм поджидает благоприятный момент.
Мы разговариваем. На самом деле, выходит даже забавно. Я смотрю на окрестные горы. Мы движемся сквозь облако, чтобы выйти из него наверху, в солнечный свет. Ну, вовсе даже и не плохо, думается мне. И тут он начинает раскачивать сиденье. Я вскрикиваю, а может, даже хнычу. Потом включаю свой самый строгий отцовский голос: «Прекрати раскачивать сиденье, Сэм!»
«Прости, дружище. Конечно».
Мы едем дальше. Сэм раскачивает сиденье. Вся эта история повторяется примерно так же всю дорогу наверх, и прерывается лишь моим исполнением песни Misty mountains[43] из «Хоббита», чтобы прекратить эту тряску.
Когда мы подходим к подъёмнику, Грэм сообщает мне, что жутко боится высоты. Я подозревал, что у него будет головокружение, потому-то и устроил этот подъём первым делом. Я сажусь на своё место и говорю, что там удобно, как в кресле. «О боже», – шепчет Грэм, всем весом падая назад.
Мы скользим вверх над склоном горы. «Вниз не смотри», – говорю я ему, наклоняясь и заглядывая вниз.
Грэм. Не делай этого.
Сэм. Вообще, эти сиденья выглядят довольно старыми. Я переменяю вес.
Грэм. Не делай так.
Я наклоняюсь влево и назад, поворачиваясь к Грэму. Он стонет: «Я серьёзно, Сэм».
Он говорит правду, так что я веду себя прилично. Ну, капельку. Я хочу докопаться до истины, кто был у него в комнате прошлой ночью.
Сэм. Ну что, какой девчонке повезло-то?
Грэм. Да не было никакой девчонки.
Сэм. Ну конечно. О'кей, ты говоришь так… О, гляди какой водопад там внизу! Мы дальше будем ехать над водой.
Грэм. Ты решил во что бы то ни стало заставить меня страдать?
Сэм. Да не, так, поразвлечься немножко.
В отместку Грэм начинает петь «Туманные горы» из «Хоббита», и это срабатывает. Он настолько далёк от тройного таланта (когда человек может играть на сцене, петь и танцевать), насколько это вообще возможно. Он вопит, как мартовский кот с прищемленным хвостом. Ой, хватит! «Это даже было в альбоме с саундтреком к фильму, знаешь?» – заявляет он. «Под фанеру», – думаю я. Он утомляет меня историями со съёмок, когда он играл гнома Двалина, а мы тем временем ныряем в облако.
«Хоббита» мы снимали на Те-Анау, почти у самой окраины южного острова Новой Зеландии, и с нами были «масштабные дублёры» (многострадальные люди ниже нас ростом, которые в некоторых случаях заменяли основных актёров в роли гномов, и Высокий Пол – долговязый полицейский из Окленда ростом семь футов два дюйма, который замещал Йена МакКеллена