Пожилой мужчина стиснул кулаки и чуть слышно прошептал:
– Это он убил мою девочку?
– Мы этого не знаем.
– Но вы так думаете. По вашим лицам я вижу: вы считаете, что это он.
Сделав над собой немалое усилие, Конрад Симонсен пояснил:
– Когда речь заходит о таких серьезных вещах, как убийство человека, совершенно недостаточно просто думать или считать что-то. Нет, чтобы утверждать это, нужно большее, гораздо большее.
Арне Педерсен и Полина Берг прохаживались по лесу после проведения двух допросов, на которые в общей сложности у них ушло менее пяти минут и которые не принесли ни малейшего результата. Летний домик Андреаса Фалькенборга оказался весьма скромных размеров постройкой с крохотным клочком земли. С одной стороны к забору примыкал лес – тот, в котором они в данный момент гуляли, с другой – имение местного фермера: поле, усадьба и снова поле. С лета 1991 года летний домик снимала бездетная супружеская чета детсадовских воспитателей. Женщину они застали дома, однако она так и не смогла ничего рассказать им о человеке, у которого они арендовали дом, ибо никогда его даже не видела. То же самое, по ее заверениям, относилось и к ее мужу. Плату за дом – которая, кстати, была вполне умеренной и ни разу не повышалась – они вносили на счет некой адвокатской компании в Прэстё. Больше ничем помочь она не могла, и инспекторам пришлось расстаться с ней, так толком ничего и не выяснив. Примерно так же, безрезультатно, закончился и их визит к соседу-фермеру, которого они застали во дворе усадьбы ремонтирующим свой трактор. Он тоже не был знаком с Андреасом Фалькенборгом, тем не менее почему-то питал твердую, хоть и ничем не подкрепленную, уверенность, что родители хорошо того знают. К сожалению, отец его только что прилег поспать, а мать уехала в город. Отчаянная попытка Полины Берг заставить его разбудить отца не увенчалась успехом. Тем не менее инспекторам было сказано, что они могут попробовать снова заглянуть сюда приблизительно через час. На чем они и порешили.
Арне Педерсен наподдал носком ботинка лежащий на лесной тропинке камешек. Описав красивую ровную дугу, он скрылся в буковых зарослях. Инспектор попытался развить свой успех, проделав то же со следующим камнем, однако на этот раз промазал – лишь с шумом шаркнул по земле. Тем самым грубо разрушив сладкие грезы Полины Берг, которая в настоящий момент вышагивала в нескольких метрах впереди него, представляя, как он любуется ее грациозным телом. Недовольно поморщившись, девушка сказала:
– Может, все-таки прекратишь? Мне это действует на нервы.