Нестройно бухнули выстрелы.
Что именно сердито прожужжало у самого носа Дениса – арбалетная стрела или пуля, – разбирать было не интересно. Но это «нечто» очень аккуратно подрезало пару мелких ветвей, столь своевременно закрывших стрелкам обзор.
– Хватай! Уйдут!
Крики Гловача Денис слышал уже сквозь тугой ритм шума крови в ушах. Он ломанулся за одноглазым быстро, увлеченно и даже не особенно соображая, все ли правильно делает. Перед ним маячил активно вертящийся при беге зад Ярины. По спине беглянки активно била растрепанная коса. Из-под длинной полы жупана мелькали голые пятки. Она то и дело уворачивалась от хлещущих ветвей, переплетение которых волнорезом раздирал перед ней Кузьма.
Оглядываться назад желания не возникало. И так было слышно, что погоня наседает на пятки. И действительно, где-то уже вне зоны видимости раздались отрывистые команды вислоусого, конское ржание и топот копыт. Значит, поляки поняли, как снова можно перехватить досадно просачивающихся сквозь пальцы беглецов. Если так, не лишним было бы запутать следы. Видимо, прожженный в таких делах специалист Кузьма подумал о том же самом. Он резко забрал вправо, туда, где сквозь просветы в зарослях кустарника и вымахавшей в рост человека травы мелькнул щербатый забор. Ярина поворотила следом. Дороги она не особенно разбирала, успевая следить лишь за тем, чтобы не наколоть ногу на какую-нибудь хворостину. И за тем, чтобы молодой и достаточно ладно прорисованный организм не остался без пятидесяти процентов глаз.
На бандитские ухватки их коллеги по ретираде она в эти мгновения внимания не акцентировала. И совершенно напрасно их недооценивала.
Не добежав до призывно маячащей дыры в заборе метров двадцати, безухий вдруг резко остановился и развернулся лицом дышащим в затылок подельникам.
– Дочь надо спасать, – выдохнул он. Чью и от чего, никто уточнить не успел. Даже если бы и собирался. Кузьма коротко махнул мечом в сторону шеи Ярины. Ее спасла лишь многолетняя, преобразовавшаяся в набор инстинктов боевая выучка. От колюще-режущей части клинка она сумела увернуться. Но нападение вышло таким неожиданным сюрпризом, а скорость бега с препятствиями достигла таких олимпийских показателей, что она, проскочив под мелькнувшим у самого кончика носа мечом, тут же неловко напоролась на обратное движение руки одноглазого. Который крестовиной меча двинул ей в висок.
На землю, сминая сухие ветки малины, боевая нянька рухнула мгновенно. Елена громко взвизгнула, когда бородач на очень краткое мгновение склонился над Яриной. Но прежде чем малявка успела поднять настоящий крик, каковой способностью владела в совершенстве, Кузьма буднично, без замаха швырнул меч в Дениса. Тот очень кстати оказался достаточно коротким для того, чтобы тратить лишние секунды на молодецкий замах. Распоровшее воздух железо едва не угодило в раскрытый рот «геймера», который как раз собрался выкрикнуть нечто вроде: «Что ты, собака, творишь?!» Крик застрял в горле, голова, послушная отменно сработавшему инстинкту самосохранения, чуть дернулась в сторону.