— Говори, кто тебя испоганил?
Не стерпев побоев, Цинну призналась:
— С Третьим Чжоу у нас… — заплакала она.
— Что теперь делать? — прошептала мать, но громко кричать побоялась. — Что я скажу отцу, когда он вернется? Какой позор!
А в это время Чжоу Дэ, ни о чем не подозревая, торговал вином возле ворот дома.
Вечером, когда Цзи Ань вернулся со службы и успел отдохнуть, жена, накрывая на стол, сказала:
— Мне надо тебе сообщить одну вещь… Ты был тогда прав. Наша негодница спуталась с Чжоу… Он ее, кажись, испортил.
Если б конвойный не услышал этих слов, быть может, все кончилось бы благополучно, но, узнав такую новость, он пришел в ярость. Как говорится:
Злоба в печень проникла,
Ярость в сердце возникла.
Он бросился к двери, намереваясь задать приказчику хорошую взбучку, но жена преградила ему дорогу:
— Надо хорошенько все обдумать! Ну, отлупишь ты его, а какой в этом прок? Все одно — опозорились!
— Эту негодницу я одно время хотел отдать в добрый дом в услужение, а она вон что выкинула!.. Если мы не смогли правильно ее воспитать, значит, остается убить ее — и шабаш!
Жена стала мужа уговаривать, и через некоторое время гнев его немного поутих. Но что делать? Жена принялась неторопливо объяснять свой план. Послушайте такую присказку:
Цикада заранее знает, когда
подует осенний ветер;
Но когда придет к человеку смерть,
не знает никто на свете.
— Есть только один выход избежать позора, — сказала жена.
— Ну говори!
— Третий Чжоу у нас работает уже давно, и мы его хорошо знаем. Почему бы нам их не поженить?
Рассказчик! Наверное, лучше было не отдавать Цинну за этого парня, а просто прогнать его прочь. Сначала, быть может, многие стали бы посмеиваться над конвойным, но потом досужие разговоры прекратились бы сами собой.
Но Цзи Ань согласился с предложением жены. Третьему Чжоу он пока ничего не сказал, однако в доме ночевать больше не разрешил.
«Интересно, что у них произошло? — гадал парень, отправляясь к себе. — С чего это хозяин услал меня нынче со двора?.. Да и хозяйка утром устроила дочери взбучку… Неужели они пронюхали? Если Цинну проболталась, меня могут потянуть в суд. Что делать?» В голову ничего не приходило. Поистине:
Вместе всегда летают
Но радости или горю
никто не ведает срока.
Оставим пока праздные разговоры и вернемся к нашим героям. В скором времени конвойный послал к Третьему Чжоу сватов. Затем они договорились о приданом, о свадебных подарках, и наконец был назначен день свадьбы. Но об этом можно и не рассказывать. Чжоу поселился в семье Цзи, и молодые супруги стали жить душа в душу, тайно мечтая, однако, побыстрее покинуть дом родителей. Третий Чжоу работать стал спустя рукава. Утром поднимался поздно, а ложился пораньше. Словом, совсем обленился, и о нем пошла дурная слава. В конце концов у конвойного лопнуло терпение, и он как-то сцепился с зятем, а потом ссоры стали происходить постоянно. Посоветовавшись с женой, Цзи Ань решил подать в суд и просить начальство расторгнуть брак. Он уже давно подумывал об этом, да боялся, что его засмеют, а сейчас твердо решил избавиться от парня. Соседи поначалу пытались было отговорить конвойного, но тот ни в какую. Он пожаловался судье, что Третий Чжоу, принятый в дом зятем, ведет себя непристойно. Делу дали ход. Вскоре Третьему Чжоу пришлось покинуть дом Цзи Аня — его брак с Цинну расторгли. Цинну осталась одна, недовольная и злая, но спорить с отцом она побоялась. Прошло около полугода. Как-то раз в доме конвойного Цзи появилась нежданная гостья — сваха. Удобно усевшись, она завела такой разговор: