— А вот гнилой интеллигент у нас сейчас попашет! — смаковали ребята.
И действительно, Ивану пришлось снова перемыть «кубрик»: товарищи установили, что он «недостаточно чист». Затем они направили его в канцелярию и Ленинскую комнату. Когда же Зайцев все это вымыл и приступил к уборке в умывальнике и туалете, обозленные парни, посоветовавшись, решили проделать с ним еще один трюк.
…Иван сидел на табуретке и отдыхал после уборки туалета, ни о чем не подозревая. Вдруг послышался окрик: — Зайцев, к дневальному!
Нарядчик подошел к товарищу. — Иди мыть туалет, Зайцев! — злобно торжествуя, сказал дневальный.
— Но я ведь только что мыл?
— Ничего, второй раз промоешь, там грязно!
Иван вошел в туалет и увидел загаженный унитаз. Причем все было сделано так очевидно нарочно, что его охватил гнев. Посмотрев на веселые лица дневальных, Иван твердо заявил: — Я убирать не буду! Пусть моет тот, кто все это засрал!
Дневальные буквально задохнулись от злобы. Ох, как хотелось бы им наброситься на Зайцева, бить его, терзать, мучить! Но ведь опасно!
Осыпая нарядчика потоками нецензурной брани, они кинулись к дежурному по роте: — Товарищ сержант, курсант Зайцев отказывается выполнять приказ!
— Ах, он, иоп его мать! — возопил дежурный. — Да я его сгною на полах!
И сержант побежал в туалет.
— Ты что, мудак, выпендриваешься?! — заорал он на Ивана. — Или в дисбат захотел? Думаешь, тебе сойдет с рук неповиновение начальству? Мало того, что ты распускаешь руки, так еще и дезертировать решил?! Да ты — изменник родины!
Крики дежурного по роте сопровождались потоками такой грубой брани, что курсант Зайцев окаменел. Взяв себя в руки, он однако продолжал стоять на своем: — Сказал — не буду мыть, значит, не буду!
Вдруг раздалась команда: — Рота, смирно! Дежурный — на выход!
Дежурный плюнул и побежал навстречу какому-то очередному военачальнику.
После рапорта вновь настала очередь Ивана.
— Курсант Зайцев! В канцелярию!
Глядя на злобные, торжествующие лица своих недругов, нарядчик побрел к начальству, полный решимости стоять до конца.
В канцелярии за столом восседал командир роты — капитан Баржин. Отослав в коридор дежурного, он остался наедине с Зайцевым.
— Что это вы, молодой человек, нарушаете воинскую дисциплину? — обратился он к нарядчику и побагровел.
— Я дисциплину не нарушаю, товарищ капитан! — заявил Зайцев. — Я честно исполнял все команды и терпел все издевательства, которым меня подвергали!
— Каким издевательствам?
— Мытьем полов по нескольку раз, включая применение мыла, перемыванием без того чистых умывальника и туалета!