— У меня одно желание — чтобы в моей жизни больше не происходило чудес.
— Дим, где именно ты попал в ловушку? — прервала болтовню ребят Аннушка.
— Ну… Возле дороги. Где-то на полпути к автобусной остановке. Одного не понимаю, Калистратова, как ты будешь сражаться с этими скелетами? Тем более что они невсамделишные.
— Посмотрим.
Три пары обутых в легкие шлепанцы ног вышагивали по разогретой, потрескавшейся от жары земле. Впереди замаячила небольшая рощица, состоявшая из пыльных, измученных жарой деревьев и жалких кустов. Сквозь тонкие стволы виднелась дорога. Именно там Черный Колдун должен был расставить волшебные ловушки для беглецов. За себя Аннушка не тревожилась — она знала, что чары Синухета на нее не подействуют, а вот за мальчишек боялась. Кто знает, какие видения обрушатся на их бедные головы? А главное, как Аннушке защитить их от кошмарного наваждения? Вдруг она ничего не сумет сделать и окажется всего лишь беспомощной свидетельницей чар колдуна?
Вдали послышался шум мотора. Если как следует поднажать, вся компания успеет выбежать навстречу ехавшему по дороге автомобилю.
— Ребята, прорвемся!
Аннушка хотела со всех ног рвануть к дороге, но Чижик неожиданно взял ее за руку:
— Подожди.
— Ты что, Чижик?! Это же наш шанс!
— Не называй меня Чижиком!
Девочка слишком поздно поняла, в какую ловушку угодила, а Димка уже схватил ее за другую руку, не позволяя двинуться вперед. Лица у мальчишек были хмурые и решительные. Пленница попыталась высвободить руки, но ребята повисли на них, словно питбули на ветке.
— Отпустите меня!
Мальчики понурили головы, но пальцы так и не разжали и, как по команде развернувшись, повлекли Аннушку в обратном направлении, подальше от дороги. Девочка здорово разозлилась на своих спутников, а еще больше на себя, из-за того, что так легко угодила в ловушку. Однако сдаваться Аннушка не собиралась. Сделав вид, что смирилась, Хранительница покорно шла между двумя конвоирами, надеясь, что постепенно они ослабят хватку и перестанут с такой силой сжимать ее запястья.
— Слушайте, ребята, вам не кажется, что вы обошлись со мной крайне вероломно и бесчестно? Я согласилась вас защищать, а вы коварно схватили меня и тащите на расправу. Вам самим-то не противно? Мы же были друзьями…
— Извини, Аннушка. Таков приказ господина. Это сильнее меня — сильнее привязанности, дружбы, порядочности. Его приказом невозможно пренебречь, — Чижик опустил глаза, рассматривая пыль под ногами. — Если честно, мне очень неприятно все, что я сейчас делаю. Когда я шел за тобой, то больше всего хотел, чтобы ты не поверила моим словам, заподозрила подвох. Но ты оказалась так беспечна!