Но вот где-то далеко, под Паричами, землю сотрясли бомбовые удары. В полутемном небе заполыхали всплески зарева. Начала «работать» наша бомбардировочная авиация, создавая у противника впечатление, что именно там будет нанесен главный удар. Еще вчера после нескольких наших сильных атак гитлеровцы подтянули на этот участок свои резервы. Значит, пока все идет нормально, по задуманному плану.
Ровно в семь утра, пронзая остатки тумана, на главном направлении взвились три красные ракеты. Грянул первый артиллерийский выстрел. И тут же, как громовое эхо, по всему фронту — от Рогачева до Жлобина — откликнулись тысячи орудий. Земля уже не содрогалась, а плавно качалась, грозя расколоться и оскалиться бездонной пропастью.
«Заиграли» знаменитые «катюши». Они выбрасывали волны огня, оставляя за собой длинные шлейфы и поднимая облака темно-серого дыма. Кувыркаясь в воздухе, как хвостатые головастики, на немецкие траншеи обрушились тяжелые мины — «андрюши». Эта бодрящая артиллерийская симфония длилась полтора часа.
Вскоре до нас дошли первые сведения с поля боя. Немцы отходили, подрывая переправы и оставляя сильные заслоны. К двум часам дня пехота 18-го корпуса вышла на линию Раковичи — Николаевка. Генерал Панов начал вводить в бой свой танковый корпус. На правом фланге 16-я танковая бригада полковника Лимаренко, которая должна была овладеть рубежом Чернин — Кнышевичи, ринулась по центральной гати и быстро преодолела ее. А слева по зыбкому настилу пошла 17-я бригада полковника Шульгина.
Тут-то противник и начал вносить свои «поправки» в план нашей операции. Возле головного танка 17-й бригады разорвалось несколько снарядов. Гать оказалась разбитой, а головной танк стал погружаться в болото, загородив путь всей бригаде. Обхода нет. Дорога каждая секунда. Единственная возможность выйти из-под огня — двигаться назад. Генерал Панов приказал Шульгину выходить на центральную гать вслед за бригадой Лимаренко. Части быстро сманеврировали и, преодолев болото, заняли указанный маршрут. Но теперь в затруднительное положение попали танкисты Лимаренко. Южнее селения Родин гать оказалась разбитой. Восстанавливать ее не имело смысла, и бригада совершила обходный маневр на Притыку. Однако в районе Притыки мост был взорван, и его пришлось восстанавливать своими силами.
Только к 18 часам бригада Шульгина вышла к болоту южнее Чернина и тут снова наткнулась на препятствие: подступы к дамбе немцы заминировали, мост взорвали. Маневрировать негде и некуда. А гитлеровцы неистово бьют из артиллерийских орудий, калеча и поджигая танки.