– А что, – подумав немного, сказал Эйвинд конунг, – мысль неплохая. Послушаю, что скажет Асбьерн.
Ярлу понравилось предложение Ормульва.
– Пусть забирает своих людей и плывет, – махнул он рукой. – Гуннарссон не из тех, кто любит сидеть на месте. А нам без него спокойнее будет.
Постепенно жители Стейнхейма свыклись с мыслью о том, что уже скоро им предстоит покинуть остров Хьяр. Много лет они жили в ожидании, молили богов приблизить тот день, когда корабли навсегда увезут их отсюда, а теперь с трудом верили в то, что время перемен пришло. Потому и собираться начали не сразу, продолжая какое-то время жить прежней жизнью, словно в то праздничное утро не было сказано ничего… Первыми опомнились женщины. Стали все чаще спрашивать мужей об отплытии, начали пристально оглядывать нажитое добро – что брать с собой, что оставить, гадали, как встретит их новая земля. А мужчины все чаще смотрели куда-то вдаль, за горизонт и казалось им, будто солнце теперь светит ярче, ветер треплет волосы ласковей, и волны выстилаются гладкой дорогой до самого Вийдфиорда…
Хотелось думать только о хорошем, но к радостным надеждам примешивалась и грусть: суровый остров дал северянам кров, когда они лишились всего, стал второй родиной. И сейчас, готовясь к тому, чтобы проститься с этой землей, люди вдруг осознали, как сильно успели привязаться к ней.
У многих здесь в могильных холмах покоились отцы и братья, друзья и возлюбленные. В том числе и у Эйвинда конунга. В последнее время он часто думал о том, что слово его отца не будет нарушено – Торлейв хотел остаться и навсегда останется на острове Хьяр. Орму Торлейвссону повезло больше – жаркое пламя костра, сложенного из корабельных досок, унесло его прямо в Вальхаллу. Немало храбрых воинов тогда отправилось с ним.
Слово Эйвинда вело молодого конунга и верных ему людей далеко на юг, на остров Мьолль. И он верил, что когда придет время, погребальные костры для них зажгут на уже родном берегу. И нигде больше.
Снекку готовили к отплытию. На корме Ормульв хёвдинг приказал установить свою палатку, затянуть ее добротным кожаным пологом.
– Там повезем то, что нужно беречь от сырости, – объяснил он.
Торд кормщик осмотрел корабль, проверил свернутый парус и рулевое весло. Ормульв сказал ему:
– Нужно взять карту у Эйвинда.
– Мне она ни к чему, – ответил кормщик. – Я уже бывал в Вийдфиорде.
Когда стемнело, воины отправились в дружинный дом, выспаться перед дальней дорогой. С первыми лучами солнца снекка должна была выйти в море.
Ормульв знал, что его не станут провожать так, как до этого провожали Асбьерна. Но теперь ему до этого не было никакого дела.