– Благодарю вас, сестра, – ответил принц. – Мы еще немного постоим на палубе, мисс Валевски нехорошо.
Сестра не стала настаивать, но и с палубы не ушла – встала за переплетением канатов, делая вид, что любуется суетой на причале. Только под пристальным взглядом своей дуэньи Иржина осознала, что стоит прислонившись к Его Высочеству.
– Это неприлично! – промелькнуло в голове, и девушка постаралась отстраниться.
Однако принц не позволил, напротив прижал ее к себе еще крепче:
– Не надо вырываться, маленькая птичка, – сказал он, склонившись к ней, – все должны видеть, что мы вместе.
Тем временем с пирса подали теплые плащи, оставленные в экипаже, шкатулку для броши и корзину, собранную шустрым парнишкой «У матушки». Ветер стал сильнее, закапал дождь, и Ричард распорядился укрыться от непогоды.
Кают на военном корабле было только три: капитанская, докторская и собственно каюта для принца. В ней и разместились «гостьи».
К удивлению Его Высочества, монахини очень деликатно обошлись с его личным пространством. Они лишь передвинули моряцкий сундук и койку к письменному столу, стоящему у окна, а остальную часть каюты отделили плотным занавесом из пары вышитых скатертей.
Поцеловав Иржине руку, Ричард оставил дам обживать каюту, а сам ушел в соседнюю – потолковать с капитаном. Мужчина планировал засидеться за трубкой и бокалом грога до утра, чтобы не мешать пассажиркам.
Его план был прост: как можно скорее покинуть воды Мондана и кратчайшим путем добраться до Абиры – ближайшего к столице Андарры порта. Оттуда до дворца рукой подать. Иржину можно будет сразу отвезти в особняк, а потом, сменив мундир, явиться к отцу для публичного покаяния. По замыслу двух королевских семей, его громко поругают и запретят появляться при Дворе. А вечером заглянут братья, и, может быть, мама найдет минутку поцеловать второго сына между благотворительными мероприятиями.
Планы хороши на бумаге. Сначала слишком долго провозились с погрузкой провианта и воды. Холодный дождь не способствовал хорошему настроению и быстрой работе. Потом так же долго ждали лоцмана, чтобы покинуть гостеприимный пока еще порт. А когда, наконец, вырвались на простор, и ветер натянул паруса, в каюту капитана зашел огорченный лекарь. Он сообщил, что у мисс Валевски жестокая «морская болезнь» и, если не принять мер, путешествие морем станет для девушки слишком тяжелым испытанием.
Под шуточки про нежность барышень, Ричард прошел в свою каюту. Тут было относительно спокойно – Иржина сидела в кресле со стаканом мятного чая в руках. Рядом в таком же кресле сидела знакомая уже суровая сестра и читала вслух при свете покачивающейся лампы. Остальные гостьи спали в подвесных койках, завернувшись в одеяла.