– Нарядился… Ты, вообще, кто такая? Куда мою Стешу дела?
– Съела, – краснеет от такой похвалы и рывком с меня сорочку снимает, в ладошку мою запонки вкладывая. – И если уж начистоту, в десять утра коньяк хлестать…
Да знаю, знаю. Просто немного переживаю. Все-таки выкупы эти, подписи за регистрационной стойкой – большая ответственность. А теперь еще и жена свинью подложила! Как я смогу расслабиться, зная, что в зале Зайцев сидит? Что на ноги ее смотрит, на щиколотки тонкие, узкими ремешками от праздничных туфелек перехваченные. Что по плечам ее своими глазами скользит и наверняка грудь вниманием не обделяет. Слюни пускает или, того хуже, воспоминаниям предается о том, что она под этим черным тесным платьем прячет…
– Другого у тебя ничего нет? – сдаюсь, мысленно себе признаваясь, что во мне все-таки первобытный человек проснулся, и за спиной ее застыв, слежу как она под струей воды коньячное пятно отмывает. – Юбка у тебя, помнишь, строгая такая… Почему бы в ней пойти?
Платье, конечно, коленки скрывает, аккурат под ними заканчиваясь, но никакого простора воображению не остается.
– Потому что в ней я работаю. С детьми. А мы ведь не на детский праздник идем…
– Но и пенсионеров до сердечного приступа доводить права не имеем. Так что давай-ка, Стеш, раздевайся. Из дома не выпущу, пока что-нибудь поприличней не найдешь.
– Поприличней? – она возмущенно взвизгивает и, кран закрыв, холодно итог подводит:
– Да ты пещерный человек, Григорий. Даже не думала, что мужчины вроде тебя так ревновать умеют!
А как иначе-то?
– Умеют. И жен дома закрывать, тоже. Хочешь, продемонстрирую?
– Только попробуй! Это, между прочим, дизайнерское платье! Да я за него столько заплатила, сколько мой отец даже за три месяца не заработает! И, – пихает мне рубашку мокрую, – ничего не приличного в нем нет! Да я Галю еле уговорила именно на нем остановиться, потому что, по ее мнению, такое только после шестидесяти носить можно!
Ясно! Вот откуда ноги растут! Чертова тетка со своими куртизанскими замашками! Сама едва ли не голая ходит, еще и жену мою с пути истинного сбивает!
– Галя, значит, – бросаю рубашку свою в бельевую корзину, наплевав на Стешкины труды, и руки в карманах спрятав, желваками играю, молчаливо притихшую блондинку разглядывая. – А я то думал, чего это ты цвет волос обновила, столько пакетов с торгового центра приволокла и свой любимый пуховик подальше спрятала. Значит, решила ее услугами воспользоваться? И что, какой тебе курс по душе? Будешь с помощью ее тренировок вагинальные мышцы укреплять или для начала хватит уроков стриптиза?