«Господи, да они сговорились! Никакая опасность Дагмару не грозила, нужен был лишь повод заманить меня и окольцевать… Ну, и заодно проверить, не ведьма ли случайно…»
— Вы позволите помолиться перед столь важным событием? – с вызовом обратилась она к отцу Тарбину, едва удерживая слезы волнения.
«А ведь можно и отказаться, сослаться на нездоровье, еще что-то придумать… Вдруг тогда нас обоих в келье запрут, или меня в келье, а его в винном погребе… Нет-нет, надо поскорей выбираться на волю…».
Уже к обеду все сомнения отца Тарбина в отношении невесты Дагмара были развеяны. Марина нараспев прочла полсотни божественных стихов, склонилась перед священными реликвиями и напилась воды из главной купели.
После короткой, торжественной церемонии она стала женой Дагмара де Даркос, правда, брачную ночь пришлось отложить из-за тонкостей монастырского устава. Супругам подготовили отдельные спальни, но перед сном они успели вдоволь наговориться, прогуливаясь меж рядов винограда, и отдыхая у поросшей плющом стены, за которой начинался аптекарский огород.
Правда, беседа не сразу сложилась, первое время Марина молчала, рассматривая ровные грядки с еще зеленой петрушкой и латуком. Дагмар первым решил излить душу над кустом увядающей дикой розы.
— Радость моя не знает пределов! Наконец ты моя по закону и сын наш будет расти в фамильном замке. Чего ты хочешь, любовь моя? Одно твое слово и я отменю поездку в город. Я останусь с тобой, пусть Гальбо переловит всех пауков в Гиблом лесу. Какое мне дело! Ну, посмотри мне в глаза... Почему молчишь и даже ни разу не упрекнула... Согласилась выйти за меня безо всяких условий. Придумай любое наказание, я все от тебя приму. Впрочем, твое равнодушие и холодность - страшнее любой кары.
— Даже сотни ударов бича? Похоже, отец Тарбин не спешит терзать твое бедное тело.
— Наверно, пощадил ради замужества, - смущенно ответил Дагмар и тут же вдохновенно добавил. - Ибо Всеблагой заповедовал нам беречь плоть, как вместилище духа.
— Ого! Сколько мудрости ты набрался за одну только ночь в святом месте? - удивилась Марина. - Может, зря мы так спешили тебя выручать...
— Мечи еще свои стрелы, любимая, я даже уроню щит, - он развел руки в стороны, глядя на нее с трогательной покорностью. - Я безоружен пред тобой, но взываю к состраданию и нуждаюсь только в нежности и заботе.
Пришлось Марине быстренько отвернуться, чтобы спрятать улыбку. Дагмар был неисправим. Может, за неукротимый нрав, горячий темперамент и умение развеселить ее в самый неожиданный момент она и полюбила "рыцаря - медведя". Теперь следовало коснуться самой щекотливой темы.