Мерзавец и Маргарита (Гауф) - страница 80

Сжимаю его ладонь, принимая то, что Макс мне рассказал, и чуть замедляю шаг, оттягивая момент.

Наверное, хорошо, что мы затеяли эту поездку. Хотя бы для того, чтобы Макса узнать не таким, каким он предстал мне в первую встречу, а таким, какой он есть: недостатков больше, чем достоинств.

Но… что есть, то есть.

- А здесь, - киваю на магазин, - я упала. Домой спешила с пакетами продуктов, а лед у нас зимой – каток. Ну я и приложилась, упала, как солдатик, хорошо хоть не носом, а щекой. Я и не знала до того момента, что лед обжигает…

И Макс оглаживает мою щеку своей большой, теплой ладонью. Так, что плакать хочется.

Рано или поздно он ведь изменится. Может, не разлюбит, но нежность уйдет, оставив вместо себя лишь тень. А я не смогу без этой видимой поддержки, на которую подсела. И которая мне силы дает.

- А я с третьего этажа спрыгнул, - вдруг говорит Макс, когда мы уже подходим к знакомому подъезду, из которого я двадцать лет вырваться мечтала.

- Зачем?

- Чтобы понять, каково это. Хотел с четвертого, но понял – расшибусь, - фыркает он. – Хотя у меня, итак, бедро выбито было. Зато понял, каково это – падать. Первым делом, как вышел, эту глупость и совершил.

Останавливаю его, держу за руку, и смотрю серьезно.

Встревоженно.

- Ты ведь не собирался…

- Нет, Марго. Я не из таких людей, - качает Макс головой. – Просто любопытство. Я все думал, что отец чувствовал, пока падал. И мне показалось честным, что и я должен испытать это. Хотя бы тень того ощущения.

Ужас какой.

Хотя… наверное, это честно, да.

Второй этаж, третий… четвертый.

- Тринадцатая квартира, - шепчу Максу, который за моей спиной стоит.

Поднимаю палец к звонку, и замираю, изучая знакомую коричнево-красную дверь, обитую кожей. И руки трясутся от страха – не счесть, сколько раз я также стояла перед дверью, оттягивая момент возвращения домой.

Как и сейчас.

И когда я уже почти решаюсь нажать на звонок, дверь открывается, и я вижу маму.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА 43

- Мама, - шепчет Марго одними губами.

И смотрит широко открытыми глазами на бесцветную женщину неопределенного возраста.

Говорят, что если хочешь узнать, как будет выглядеть жена через двадцать лет, нужно посмотреть на ее мать. И я смотрю, но то, что предстает глазам мне не нравится.

Они похожи.

Тусклые темные волосы, испуганные глаза, затравленные выражения – одинаковые, но в Марго еще есть огонь, который в этой женщине, стоящей передо мной, погас.

Безвозвратно.

Я много таких видел – потерявшихся в хитросплетениях нашей сложной жизни, плюнувших и на себя, и на всех вокруг. И ни любви к дочери во взгляде этой бесцветной и бездушной женщины, ни радости от встречи, лишь страх.