***
Звон колокольчика над дверью заставил меня обернуться и тихо выругаться.
− Мы уже закрыты, – бросила, возвращая взгляд к документам, которые разложила на прилавке.
− Ещё без пяти минут, – ухмыльнувшись, Франц взглянул на часы.
− Для тебя уже закрыто.
− Снова агрессия. Ты на всех так бросаешься или только на меня?
− Стас, − громко выдохнула, проводя рукой по волосам, − не до тебя сегодня. Серьёзно. Если ты опять со своими подкатами, то приходи через неделю, а лучше вообще не приходи.
− Случилось что-то? – улыбка исчезла, взгляд сосредоточенно скользил по моему лицу. − Выглядишь усталой.
− СЭС случился. Кто-то наваял им на нас жалобу, предписание выдали.
− Придирки или реально ваш косяк?
− Из пальца высосали, нет у меня нарушений.
− ИП на кого оформлено?
− На меня. А что?
− От кого жалоба поступила, сказали?
− Официально от физлица, а неофициально − меня пытаются вытеснить с места с высокой проходимостью. Предприниматель какой-то, – я скривилась, пытаясь вспомнить фамилию того козла. − У него ещё сеть булочных с придурошным названием.
− «Булоффная», Ситников Виталий Андреевич.
− Он самый.
− Собирайся, отвезу домой. Заодно и проблему твою решим.
− Франц, я не поеду с тобой, и решать ничего не надо. Сама справлюсь.
− Артачится перестань. По поводу личного мы потом с тобой поговорим, а сейчас это просто помощь другу. Ты с Ромкой мне очень помогаешь, за мной должок, – от такой внезапной адекватности, я даже на секунду растерялась.
− Я такси возьму. Спасибо.
− Ты его сегодня не дождёшься. Центр возле стадиона перекрыли, чемпионат регби проходит. Все в объезд х*рачат. Закрывайся, жду на улице.
***
Сил сопротивляться не было, я валилась с ног от усталости. Поэтому пофиг, хочет подвезти − пусть везёт. С этими мыслями я закрыла кондитерскую и села в машину Стаса. От аромата в салоне накрыло почти сразу воспоминаниями и острыми иглами в тело. Бл*ть. Кадрами перед глазами и жгучим теплом, оседая внизу живота. Тихо выругавшись, отвернулась к окну, пока Франц выруливал с парковки, одновременно набирая чей-то номер на телефоне.
− Вечер добрый, дорогой! – непривычный тон голоса привлёк моё внимание. − Андреич, тут вопрос к тебе есть. Какой? Простой. А не ох*ел ли ты? Чего-чего. А х*р ли ты на помещение на Перенсона рот свой раскрыл? Мне какое дело? Ты мою женщину теснишь в наглую. Как ты думаешь, есть мне дело? Да мне срать на твои перспективы и планы, – моя челюсть с глухим стуком упала на пол и подниматься не хотела, а глаза стали похожи на блюдца. Я даже слова произнести не смогла. Просто смотрела с открытым ртом на Стаса и молча оху*вала, сомневаясь в том, что правильно его услышала. – Андреич, варежку прикрой и своих прикормленных сэсевцев отзывай. А то что? А то ата-та тебе от монопольщиков будет, взъ*бут, а следом налоговая нагнёт. Это я тебе не обещаю, − кривая усмешка, и всё так же спокойным голосом. − Я тебе факт констатирую, что горячая групповушка тебе светит, милый мой. Угрозы? Да Бог с тобой, какие угрозы? Это так, добрый совет старого друга. Ты быковать заканчивай и позвони Фёдорову. Он тебе на пальцах объяснит научно-популярно, что со мной сориться и дорогу переходить никак нельзя, последствия за*бут. Он это уже на собственной шкуре ощутил. Ты только его до конца дослушай, а то он первые пять минут матом кроет после моего имени. Встретиться? Да без проблем. Завтра подгребай к двум ко мне. Нет, в твои еб*ня на окраину я не поеду, не обессудь. Ну всё, договорились, – он скинул вызов, бросил телефон на панель и, вытащив из пачки сигарету, закурил. − Решится твой вопрос, не переживай.