Я смотрел на него, вытаращив глаза, и едва верил своим ушам. Нельзя сказать, что проявление добрых чувств к хорошо сложенной хапуге со стороны уолл-стритского адвоката было чем-то неслыханным, но слышать, как он несет подобный вздор, было поистине чудовищным. Подобные мужчины представляют собой угрозу здоровым и нормальным отношениям между полами.
Послушав, как Холмер несет вздор о такой птичке, как Дафни О'Нейл, я позднее спрашивал себя, неужели из моих уст когда-нибудь раздавалось иное обращение к молодой женщине, чем вызывающая, бессмысленная болтовня.
Вулф сказал:
— Насколько я понимаю, вы закончили, мистер Холмер?
— Да.
Вулф повернулся к Брукеру:
— Вы — мистер Брукер?
Брукер был тем, на кого я ставил. Случается иногда, что группа людей, находящихся под следствием, довольно однообразна, но это бывает не часто. При всех условиях у следователя, как правило, появляется фаворит. Для меня этим фаворитом был Джей Л. Брукер, президент корпорации. Я не знаю почему, может быть, из-за его худого лица и тонкого длинного носа.
Это лицо напоминало мне одну пташку, на которую я работал во время летних каникул в Огайо, в бытность мою студентом. Брукер был единственный из присутствующих, проглотивший три порции спиртного, и я заметил, что, когда он подносил бокал к губам, руки его дрожали.
— Я хотел бы сказать… — начал он, но это его вступление прозвучало не слишком внушительно. Тогда он прочистил горло и продолжил: — …Я хотел бы сказать, мистер Вулф, что я считаю действия миссис Джеффи справедливыми. Мое мнение таково: акции должны находиться под контролем до тех пор, пока не будет пролит свет на обстоятельства смерти миссис Идз. Но остальные акционеры возражают. Они приводят следующие доводы: убийства раскрываются месяцами, даже годами, а иногда и вообще не раскрываются. Мне приходится допустить, что их позиция вполне обоснованна, так же как позиция миссис Джеффи. Так что самым лучшим было бы достичь компромисса. Ваша заинтересованность этим делом меня совершенно не обижает. Я высоко ценю ваше содействие.
Вулф покачал головой:
— Вы только зря тратите время, сэр. Я ведь не следователь и не торговец. Я охочусь за убийцей. Я не знаю, вы это или кто другой, но в отношении себя — вы знаете. И я прошу вас говорить именно об этом.
— Я был бы рад, если бы знал нечто такое, что могло бы помочь вам добраться до истины. Но я всего лишь уступчивый бизнесмен. В моей особе нет ничего захватывающего и эффектного. Когда-то я, робкий молодой человек, окончив колледж, пришел в «Софтдаун»…
— Если вы считаете, что это имеет отношение к делу… — перебил его Вулф.