Утром, возвращаясь домой в том же отрешенном состоянии и бурлящими внутри эмоциями, я сталкиваюсь с Морганой, ждущей Лауру у подъезда.
– Вани! – восклицает она, бросившись мне навстречу. Слава небесам, не спрашивая, почему я в такое время возвращаюсь, а не выхожу из дома, потому что в педагогике я не разбираюсь и не смогла бы решить, ответить ей правду или что-нибудь про пчел и цветы.
– А я как раз надеялась тебя встретить! Почти даже собралась звонить… Спасибо тебе огромное, тема для сочинения прошла на ура, мне поставили пятерку!
«Прямо какой-то день пламенных благодарностей», – думаю про себя.
– Вряд ли пятерка по литературе – такая редкость для тебя, – коротко отвечаю я, но улыбаюсь.
Моргана вся светится и подпрыгивает, не в силах устоять на месте. Я роюсь в сумке в поисках ключей, но у нее свои еще в руке, и она, опередив меня, открывает дверь.
– Это все благодаря тебе! А если… если я буду сомневаться про следующее сочинение, можно будет попросить у тебя совета? Знаю, это только оценки, они ничего не значат, но после пятерки будет очень жаль испортить средний балл, а я не знаю, смогу ли сама…
– Ох, брось. Ты всегда была отличницей, никаких моих подсказок тебе не нужно. Этот раз – исключение, просто легкий толчок, но ты сама знаешь, что обычно прекрасно справляешься самостоятельно.
– Тогда давай я буду к тебе приходить и рассказывать, что хочу написать, а ты мне скажешь, нравится тебе или нет, хорошо? – радостно предлагает Моргана. – Просто тебе я полностью доверяю! А обычно… обычно я никому особенно не доверяю, понимаешь? – тихонько добавляет она, словно не ожидала от себя, что признается в таком личном вот так, на ходу, на тротуаре у нашего подъезда.
Понимаю, малышка Моргана. Не зря же всегда повторяю, что ты очень на меня похожа.
А ведь станет еще хуже, знаешь, мой маленький клон? Станет хуже, и в конце концов ты не будешь доверять никому и ни за что, если только кто-нибудь не задастся целью показать тебе, вероятно, как можно скорее, то есть прямо сейчас, что еще можно этому научиться, пока ты еще юная и можешь поддаться и запомнить на всю жизнь, что иногда людям можно доверять. Что доверять – это хорошо. Что потом необязательно все полетит в тартарары.
Нужно только, чтобы кто-нибудь появился вовремя, иначе станет слишком поздно, сложно и утомительно, как случилось со мной.
– Ну конечно, Моргана. Конечно, можем так и сделать, если ты этого хочешь.
Под радостный визг закрываю за собой дверь.
Да, если в пятнадцать уже не собираешься никого подпускать близко и вдруг встречаешь кого-то, кому ты небезразличен, хочется вновь найти путь в жизни. Каждое маленькое предательство – как подземный толчок, двигающий тектонические плиты, и с каждым разом тебя толкают все дальше. А потом в один день, к примеру, в тот день, когда ты впервые за долгое время доверилась кому-то и теперь стоишь, скажем, у лифта, вернувшись после ночи с этим кем-то, вдруг оказывается, что ты не понимаешь, как так случилось, что ты запретила им приближаться, решила, что для тебя люди, в принципе, не имеют значения. И вот так сюрприз – находишь ответ в виде цепочки подземных толчков. Не землетрясение, никакого чудовищного травмирующего случая, как в фильмах, где какое-то решающее событие определяет всего человека. Родители не уходили из семьи, бывший муж не оказывался в постели с твоей лучшей подругой. Разве что какие-то детские мелочи. Мелочи, от которых почти смешно. Мини-толчки, отодвигающие тебя все дальше, прочь от континента, но так, что ты даже не очень и скучаешь по почве под ногами. Миллиметр за миллиметром они подталкивали тебя к убеждению, что лучше никогда полностью ни на что не полагаться, потому что земля коварна и нужно быть готовой отпрыгнуть прежде, чем она разверзнется под ногами. И только сейчас, всего на одну ночь позволив себе забыться и ослабить оборону, наконец разрешив кому-то приблизиться, ты – невероятно! – не только не умерла, но тебе понравилось больше, чем можно было ожидать. А сколько нечеловеческих усилий пришлось потратить зазря.