Мистер Доферти погрузился в задумчивое молчание, когда узнал, что он должен спрятать меня на территории американского посольства.
Чтобы этот милый человек не грустил, я решила развлечь его и раза три подряд процитировала его же визитку. Все прочла, от первой буквы до последней. Тут нервы его почему-то не выдержали, и он воскликнул:
— Зачем вы мне все это читаете? Это же моя визитка! Я знаю что там написано!
— Читаю, потому что держу ее в руках, — давая урок мужества, спокойно ответила я. — Эту визитку мне вручил американец, он сказал, что вы его друг. Давайте лучше я еще раз вам прочту.
Мистер Доферти почему-то испугался.
— Нет-нет, — закричал он. — Не надо. Неужели вы думаете, что по содержанию своей визитки я смогу определить кто ее дал вам?
— Я так не думаю, — заплакала я. — У меня пропал сын. Я в отчаянии, а вы издеваетесь надо мной.
— Всего лишь попросил назвать имя того, кто рекомендовал вам обратиться ко мне, — начал оправдываться Доферти.
Видимо ему и в самом деле стало жалко меня, потому что он спросил:
— Ну хорошо, вы не знаете, как зовут вашего знакомого и моего друга, но как вас-то зовут вы знать должны.
Но я рыдала, рыдала, и уже не способна была разговаривать.
— Ничего я не знаю, — всхлипывая, ответила я.
— Это уже выходит за все рамки! — вспылил Доферти.
— Не кричите на меня! — закричала я.
— Минуточку, — отозвался Доферти.
Я насторожилась и на всякий случай предупредила:
— Только не вздумайте бросать трубку. Это не в ваших интересах.
— Всего лишь отвечу на другой телефонный звонок, — успокоил он меня.
Я не стала вредничать и позволила ему сделать это. Человек все же занятой, нельзя же ему забрасывать свои собственные дела, тем более, что явно звонил его соотечественник — мистер Доферти сразу перешел на английский. Я неплохо слышала его голос, но понять о чем разговор не могла. Наконец он обрадовался чему-то, воскликнул «йе-есс!» и обратился уже ко мне.
— Госпожа Мархалева Софья Адамовна?
— Да, это так, — удивленно подтвердила я.
Теперь уже Доферти разговаривал со мной, как с родной. Рассыпаясь в любезностях, он начал извиняться за то, что сразу не понял о ком идет речь. Он-то, оказывается, должен был бы знать, что я могу ему позвонить, но друг его не имел возможности предупредить сразу, точнее друг его не предполагал, что я воспользуюсь визиткой так скоро, поэтому не спешил ставить мистера Доферти в известность, а теперь друг позвонил и все прояснилось и встало на свои места.
— Хорошо, хорошо, — нетерпеливо воскликнула я, обремененная напором любезности. — А друг-то ваш где? Кстати, как все же его зовут?