Флафи вздохнула и, толкнув головой собачью дверку, потрусила в дом, не дожидаясь, пока я отопру дверь и войду. Все-таки у нее есть своя гордость, она даже не согласна, что нам нужна чья-то помощь.
— Интересно, от кого ты набралась таких взглядов? — пробормотала я под нос, входя в тускло освещенную кухню.
Флафи снова шумно вздохнула и побежала по коридору в сторону спальни, цокая коготками по полу.
Первое заседание военного совета я созвала еще до того, как окончательно рассвело. Флафи, всем своим видом выражая презрение к самой этой идее, проспала все заседание, свернувшись на атласной подушечке в изголовье моей кровати. Но мама и Эл были более чем счастливы принять участие в обсуждении. Ну, может быть, “счастливы” — некоторое преувеличение с моей стороны, но во всяком случае оба пришли в кухню и сели за стол, держа каждый по кружке крепкого кофе.
Не знаю, как о нашем военном совете пронюхала Рей-дин — я давно оставила бесплодные попытки понять, откуда она узнает, когда что-то затевается, — но соседка появилась в самый подходящий момент. Если хотите, можете называть это шестым чувством психопата. Как бы то ни было, Рейдин появилась у меня на пороге, едва я зажгла на кухне свет и включила кофеварку.
У мамы были заспанные глаза, из волос еще торчали желтые пластиковые бигуди, фланелевый халат в розовый цветочек был туго перетянут поясом на талии. Ма решила экспромтом испечь булочки с корицей, и мне не удалось ее отговорить, к счастью, она согласилась снизойти до порошковых дрожжей быстрого приготовления. В глазах моей матери подобные дешевые ухищрения были почти равносильны серьезному греху. А вот для Эла это не имело значения. Для него булки — они и есть булки, впрочем, братец ведь полицейский, а они не очень-то следят за тем, что кидают в желудки.
Рейдин пришла подготовленной — не знаю, к чему конкретно, но соседка, похоже, на всякий случай подготовилась ко всему, к любым неожиданностям. На ней была шляпа-дождевик из прозрачного пластика, в левой руке Рейдин держала старомодную дамскую сумочку, а в правой — дробовик. Цветастое домашнее платье было изрядно помято, карманы оттопыривались от всякой всячины, которую она туда насовала. Поскольку встреча, по мнению Рейдин, предстояла ответственная, она надела поверх своих обычных закатанных гольфов белые носки. По ее виду я заключила, что близится время визита в клинику за очередным уколом проксилина. Вероятно, время нашего совещания пришлось на тонкую грань между временем до и после укола. Самым очевидным признаком того, что Рейдин теряла связь с реальностью и с минуты на минуту ожидала вторжения инопланетных пришельцев, было ружье.