Осветив фонариком топографическую карту окрестностей Дулита, Ворохов показал ее Бизяеву.
– Понял, как надо проехать? – за неимением под рукой авторучки или карандаша он ногтем мизинца провел по карте.
Лишь первые две мили намеченного им пути проходили по шоссе, а дальнейший маршрут пролегал по гористому плато, которое простиралось вдоль берега океана от Дулита до Норфолка. Проследив по карте за перемещением пальца командира группы, Бизяев глубоко вздохнул:
– Понял. И опять без света? А если на этот раз не повезет и мы все-таки загремим в овраг?
– В каньон, – поправил друга Ворохов.
– Что?
– В Америке овраги называют каньонами, – чтобы успокоить не на шутку разволновавшегося Бизяева, издалека начал Ворохов. – Но каньоны здесь не отмечены. Смотри, – он вновь показал Бизяеву карту. – Значит, крутых склонов и отвесных обрывов у нас на пути будет немного.
– Как сказать, – Бизяев с сомнением покачал головой. – Ведь придется ехать по берегу, а берега здесь крутые.
– Данил, – Ворохов взглянул в глаза своему другу. – У нас нет другого пути. Только через прибрежное плато. Я нисколько не сомневаюсь, что на всех дорогах, ведущих к Норфолку, выставлены полицейские посты. Поэтому шоссе для нас закрыты. А вот маршрутом, проложенным для любителей горных сафари, можно попытаться проехать.
– Вот именно что попытаться, – вновь вздохнул Бизяев.
– В конце концов, если мы обнаружим, что не можем дальше ехать, то понесем снаряжение на себе, – ободряюще улыбнувшись, закончил разговор Ворохов.
Офицеры вернулись к машине. Бизяев вновь уселся за руль, а Ворохов вместе с картой забрался в кузов. Двигатель несколько раз кашлянул, но затем все-таки завелся, и Бизяев, выехав на шоссе, повел машину в сторону города. По пути пикап с российскими морскими офицерами обогнал пронесшийся на высокой скорости открытый кабриолет. В машине громко играла музыка, которую, удобно развалившись на сиденьях, слушали четверо молодых людей: два парня и две девушки. Бизяев угрюмо посмотрел вслед унесшимся вперед габаритным огням их автомобиля и недовольно поморщился.
Окружающий мир, представителями которого являлись эти ребята в роскошной машине, не принял двух российских боевых пловцов. Более того, мир остался враждебен. Он стремился отторгнуть их от себя. Для этого на всех дорогах от Дулита до Вашингтона были выставлены заслоны ФБР и посты дорожной полиции, объединенные одной целью – обнаружить, схватить и уничтожить чужаков, посмевших нарушить спокойствие их сытой жизни. И двое российских офицеров на чужой машине тоже ощущали себя чужими в этом мире. На фоне беззаботно веселящихся туристов подстерегающие «морских дьяволов» опасности воспринимались еще острее.