Кабинет – слишком громкое название для помещения, которое он занимал. Дверь с табличкой "Доктор Генри фон Шиллер, заслуженный профессор в отставке" вела в уединенный закуток без окон, размером чуть больше подсобки уборщицы. Все, что там могло уместиться, это стол, два стула да кое-что по мелочи. Профессор повернул настенный выключатель и зажмурился от ярко полыхнувшего дневного света.
– Давайте-ка поглядим на нее, – сказал он и жадно схватил пакетик на молнии, который Джейн едва успела ему протянуть. – Значит, говорите, нашли ее на месте преступления?
Риццоли на мгновение задумалась. Потом ответила положительно. Ее вогнали в горло мертвой женщине – вот о чем она умолчала.
– Думаете, это имеет какое-то особое значение?
– Надеюсь, вы сможете мне сказать что-нибудь по этому поводу.
– Можно потрогать ее?
– Если это необходимо.
Профессор раскрыл пакетик и узловатыми пальцами извлек из него ракушку.
– Ну да, – проговорил он, обойдя стол и усаживаясь на скрипучий стул. Включил настольную лампу на гнущейся ножке, достал лупу и линейку. – Да, я так и думал. Похоже, э-э... двадцать один миллиметр в длину. Не очень хороший экземпляр. Ее бороздчатость не так уж и красива, к тому же – видите? – она немного обколота. Возможно, это старая ракушка, завалявшаяся в коробке какого-нибудь собирателя. – Он посмотрел на Джейн из-под очков своими водянистыми глазами. – Pisania maculosa.
– Она так называется?
– Да.
– Вы точно знаете?
Профессор положил лупу, глухо брякнувшую об стол, и встал.
– Вы что, мне не верите? – резко спросил он. – Что ж, ваше дело.
– Я не говорила, что не верю.
– Да нет, вы именно так и сказали.
С этими словами фон Шиллер опрометью выскочил из кабинета – с такой быстротой, на какую, как ей казалось, он был вовсе не способен. В раздражении спеша доказать свою правоту и увлекая за собой Джейн, он мчался по мрачному лабиринту коридоров, заставленных экспозиционными стендами и шкафами, откуда на них взирали мертвыми, остекленевшими глазами чучела животных; он тянул ее в самый дальний конец здания. Это было явно не самое посещаемое место в музее. Машинописные ярлыки под экспонатами пожелтели от времени, стекла стендов и шкафов изрядно запылились. Фон Шиллер шмыгнул в узкий коридор между шкафами, подскочил к одному из них, выдвинул ящик и достал коробку с образцами.
– Вот, – сказал он, раскрывая коробку. Вытащил изнутри пригоршню ракушек и разложил их в ряд на витрине. – Pisania maculosa. Вот еще, и еще. А вот ваша. – Он взглянул на Джейн с негодующим видом оскорбленного ученого. – Ну и как?