Первая же выпущенная мною очередь сразила один немецкий бомбардировщик. Начало есть! Но в это время между моим самолётом и самолётом Голубева оказывается изгнанный Трудом с верхнего яруса «фокке-вульф». Он атакует меня сзади. У правой плоскости моего самолёта рвутся вражеские снаряды. Положение спасла великая боевая дружба советских лётчиков, их закон взаимной выручки. Резко «переломив». машину, я этим манёвром как бы снёс в сторону с крыла своего самолёта вражескую трассу, а больше немцу стрелять не пришлось: его тут же свалил ведомый Жердева.
Мы сделали ещё несколько атак, попрежнему закладывая глубокие виражи внутри круга вражеских самолётов. На мою долю здесь пришлось ещё два немца. Одного из них потом, когда наши части заняли этот район, я специально ездил искать. Он лежал в лесу, этот «хеншель», весь изрешечённый пробоинами в своей верхней части — следы моей атаки сверху вниз.
Произведённый на следующий день после полёта подробный разбор боя, на котором каждый из его участников докладывал о своих действиях и наблюдениях, дал много ценного для дальнейшего роста наших лётчиков. Тут же была зачитана телеграмма от пехотинцев. Они благодарили нас за разгон и уничтожение крупной группы немецких самолётов, чуть было не пометивших их стремительному наступлению.
* * *
Наши части вышли на Вислу, завязали бои на том берегу реки. Стояла горячая пора. Я часто бывал на станции наведения. Утром перелетал на «По-2» через Вислу и приземлялся на опушке рощи вблизи переднего края, маскировал самолёт соломой и направлялся на станцию наведения. Здесь уже находились представители штурмовой и бомбардировочной авиации. С помощью радио мы могли руководить с земли воздушным боем, наводить наши самолёты на вражеские объекты. Офицеру-лётчику полезно бывать на станции наведения: иногда детали боя, которые ускользают от тебя в воздухе, становятся с земли более заметными. Станция наведения значительно расширяла наши возможности, позволяла связывать действия лётчиков с действиями «земли».
С нашего наблюдательного пункта, устроенного на холме, был хорошо виден передний край. Вот невдалеке зарылись в землю артиллеристы. Короткие языки огня вырываются из жерл пушек. Земля глухо вздрагивает. Чёрное облако дыма виснет над траншеями немцев. Задача заключается в том, чтобы огнём с воздуха проутюжить немецкий передний край, содействуя наступающей пехоте. «Ильюшины» делают заход над немецкими траншеями. Стоящий рядом со мною наводчик штурмовиков ласково говорит им по радио:
— Ниже, соколики, ниже…