— Пойдемте, Виктор Владимирович, у нашего друга приступ застенчивости, — сказала я.
И мы поспешили в корпус.
— Видите ли, — продолжал свои мистические изъяснения Максим, — я предполагал, что вы другой Владимир. Который тоже работает на вахте.
— На какой вахте? На этой?
— Да.
— Не знаю никаких других Владимиров. Я — единственный.
— Не может быть!
— Уверяю вас!
Тут в дверях появились мы с Виктором Владимировичем. Владимир оказался спокойным мужчиной лет сорока, совсем не напоминающим бандита. У него был старомодный пробор, какие считались элементом классической мужской стрижки в советские времена, и седина на висках. В кафе мы явно наблюдали другого человека. Что-то здесь было не так, где-то мы явно ошиблись. И судя по последнему заявлению вот этого Владимира…
— Понимаете, какое дело… — начала я, обращаясь к вахтеру. — Мы ведем частное детективное расследование и искали человека, которого зовут так же, как и вас, который тоже работает на вахте в первом корпусе. Но внешне вы отличаетесь разительно.
— Любопытно. Но смею вас заверить, с таким именем, как у меня, вахтеров здесь больше нет.
— Точно?
— Абсолютно.
— Что же это может значить? — обратилась я к Виктору Владимировичу.
— Я уже давным-давно ничего не понимаю, — ответил тот.
— Вы можете описать внешность человека, которого ищете? — заметил Владимир. — Быть может, вы просто спутали имена, а я смогу вам помочь.
— Ну, может, это будет сказано не слишком этично, но… он похож на бандита, — сказала я. — Более того, я уверена, что он таковым и является. Короче, лысый такой, громадный… — Я почесала затылок в надежде вспомнить что-то еще. Однако ничего более на ум не приходило. — Внешность характерная, вот! — заключила я.
И тут вахтер хлопнул себя по лбу.
— Так вы, наверное, Вована разыскиваете! И как я сразу не догадался! — Владимир сокрушенно покачал головой.
— А разве Вован не работает на вахте? — недоуменно спросила я.
— Работает. Вернее, работал. Но дело не в этом…
— Но ведь мы спрашивали вас о Владимире, а вы…
— Вован — не совсем то, что Владимир. Вернее — то, но не в данном случае.
Я развела руками и в отчаянии произнесла:
— Все! Я тоже отказываюсь что-нибудь понимать!
— Видите ли, Вован — это кличка, так сказать. Погоняло, по-бандитскому. А на самом деле его зовут Вольдемар.
Я присвистнула.
— Вот так имя! И до сих пор такие дают?
— Случается. Папаша с мамашей Вована вроде бы интеллигентные люди. Так что ничего удивительного, что они сыну такое имя дали.
— Но сынок на интеллигента не похож.
— И такое случается. Не пошел по стопам родителей. Что ж поделаешь…