Стон вырвался из его плотно сжатых губ. Ален не знал женского тепла уже больше девяти лет. И даже почти убедил себя в том, что утратил способность к сексуальной жизни.
К чему обманывать себя? Все эти годы ему, разумеется, не хватало секса. В первые годы добровольно взятого обета безбрачия бывали ночи, когда ему казалось, что он сходит с ума.
Время постепенно сгладило физиологические ощущения. Самоконтроль позаботился об остальном. До последней ночи.
Но одиночество было его собственным выбором. Может же мужчина передумать? Да и что потом?
В одно мгновение ввергнуть ее в грязь и мерзость, которых предостаточно было в его прошлой жизни и, возможно, не исключены в будущей? Покрыть ее и ее дочь позором, который он принес своему отцу и сестрам?
Нет, он не падет так низко.
Ален так утомился, что ему потребовались четыре ходки вместо обычных двух, чтобы наполнить ящик для дров у двери. При этом часть поленьев он обронил по дороге.
Грудь Алена тяжело вздымалась, капельки пота замерзли на лице. Он едва нашел силы вытереть топор и насыпать корма в кормушку для птиц под окном.
Когда он наконец развел огонь в камине, его шатало от изнеможения. О еде не могло быть и речи. Даже будь у него силы приготовить что-нибудь, вряд ли это понравилось бы его желудку.
Кое-как он поднялся по ступенькам в свою спальню и снял почти всю одежду, прежде чем рухнул в постель. Но, несмотря на крайнее утомление, сон еще довольно долго не приходил к нему.
…Кто-то выключил ее будильник. Доктор Смит, конечно, после того как она заснула. И ушел. Только одеяло в кресле напоминало о нем. Нет, не только. Надя поднесла руку ко рту и коснулась кончиками пальцев своих губ. Припухшие, они стали особенно чувствительными.
Привлекательный мужчина, даже сексапильный, когда не хмурится. Судя по поцелуям, отличный любовник. Такому нетрудно найти себе партнершу для любви.
Готовя кофе, она уговаривала себя забыть случившееся ночью. Простое проявление заботы с ее стороны он принял за сексуальное домогательство. Но так случилось.
Нет, Ален не может быть порочным человеком. Она видела его доброту и не может поверить в это. Скорее, еще один избалованный холостяк, решивший, что берет то, что ему предложили.
Только вот все эти рассуждения ничего не стоили. Надя все еще продолжала видеть боль в его глазах и чувствовать одиночество.
Она догадывалась, что в его жизни не хватает ласки. Больше всего ему нужна женщина, которая сможет вернуть к жизни насмешливые морщинки вокруг глаз. Понимает ли он сам это?
Надя задумалась. У нее есть Элли, газета и целый список целей, которых она хочет достичь. Любовная связь с кем бы то ни было, тем более с таким переменчивым мужчиной, как доктор Смит, могла быть где-то в самом конце этого списка…