— Эй, малыш, смотри-ка, что это тут у тебя, никак мусор? Что это, фу-ты, ну-ты, лапти гнуты — у малыша взыграло, как у взрослого дайка?
— Теперь этот маленький милый гомик воркует со своей прелестью через решетку, — резвясь, подхватил второй минид. — Ну, так для него, наверное, этот расовый урод чрезвычайно сексуален
— Эй, не говорите ему гадостей, — насмешливо продолжил третий. — А то еще научится мальчик разным грязным словечкам и расстроит свою мамочку
— Все же я не верил, что старина кэп такой упрямый, — признался Шишколобый. — Сейчас он заимел себе куколку для забавы, — он презрительно фыркнул, — в другой раз заведет маленькую земную самочку и с ее помощью начнет размножаться — Он закашлялся и сплюнул прямо на ноги Роуну.
Роун перестал двигать шваброй, распрямился и стал спокойно разглядывать декоративную панораму с аудиовизуальным пейзажем бушующего моря. В корабельной тишине грохот и шипение волн производили впечатление. Шишколобый снова фыркнул, затянулся и демонстративно бросил курительную палочку на пол.
— Но я замечаю, Генри еще не очень-то ему доверяет, он так и не снимает со своего ремня ружье. Видно, здорово он тогда испугался своего любимчика.
Вроде бы случайно Роун шлепнул мокрой шваброй по сандалии Шишколобого, тот с воплем отпрыгнул назад, топая мокрой ногой по палубе. Ухмылка вмиг исчезла с его рыхлогубого рта. Другие миниды наблюдали за происходящим с нескрываемым любопытством. Шишколобый втянул массивную голову в дородные плечи. Его рот открылся, брови нахмурились.
Делая вид, что не обращает на него внимания, Роун запихнул конец швабры в фильтровальный блок и с подчеркнутым интересом наблюдал, как сомкнулись и разомкнулись там ролики. Потом он продолжил работу.
Шишколобый шагнул ему навстречу и упер свой грязный палец в его грудь. Роун уставился на огромную морду с торчащими там и тут пучками жестких волос, выползающих прямо из воспаленных бородавочных пятен; он даже не пытался скрыть своего отвращения.
— Как ты думаешь, на кого ты сейчас таращишься, сопляк?
— Похоже, на задницу морщинистого зверя, — произнес Роун отчетливо. — Только волосатее.
Грубая морда напряглась, палец еще ощутимее воткнулся в грудь.
— У тебя куча шансов, милый…
— Что бы там ни было, я все запомню, — пообещал Роун.
Глаза Шишколобого сузились.
— Паршивый разговор. Не надо слишком много мужества, чтобы пойти на попятную, — произнес он вкрадчиво.
И тут же короткая тяжелая рука схватила Роуна и ударила его головой о металлическую переборку Роун пошатнулся, но быстро восстановил равновесие и глухо произнес: