Захватив языка, разведчики, как требовал приказ, еще до рассвета перешли линию фронта. А в том, что приказ генерала Бурова выполнен, Демьян убедился, когда увидел на обломке стены надпись Киреева.
Надо было отсидеться до ночи. Демьян, пересиливая головокружение, с трудом сполз в канализационный колодец, опустил над собой тяжелый люк и принялся заматывать бинтом рану на голове.
Сколько просидел в темном, сыром убежище, не помнит. Из полубредового забытья вывели его легкие, крадущиеся шаги. Кто-то ходил там, наверху. Демьян придвинул поближе автомат. “Неужели накроют?” Чугунная чаша люка дрогнула и медленно приподнялась. Человек действовал осторожно, по всей видимости, сам чего-то боялся.
Повернувшись неловко, Демьян коснулся головой влажного бетонного выступа, скрипнул зубами от боли и глухо чертыхнулся.
— Ой! — донеслось сверху. — Кто?
— Русский, — еще нашел в себе силы прошептать Демьян и потерял сознание.
Так повстречалась ему связная партизанского отряда Галя Сазонова. В развалины ремонтного завода, где был почтовый ящик подпольщиков, она пришла за очередным донесением.
Много труда приложила девушка, чтобы дотащить ослабевшего разведчика до лесной сторожки, а оттуда на подводе, под копной соломы, переправить в отряд! На партизанской базе Галя две недели ухаживала за раненым.
Командир отряда секретарь райкома партии Лузин, узнав от Демьяна о происшествии в Ключах, тотчас же послал в Центр шифрованную радиограмму. В ней сообщил, что в дивизии Бурова находится вражеский агент. Сообщил также о заброске в советский тыл под видом “языка” немецкого осведомителя номер четыре.
А Демьян остался в отряде и был зачислен в разведку.
Весь июль партизаны не давали немцам покоя: громили их гарнизоны, взрывали склады с боеприпасами, устраивали крушения эшелонов с техникой. В первой половине августа, пройдя рейдом по фашистским тылам, отряд стал действовать в белорусских лесах.
— Видишь, как получилось? — закончил Демьян. — И еще, Коля, скажу тебе, тот гад, что сведения фашистам передавал, должен был убить тебя твоим же кинжалом. Идешь ты лесом, природой наслаждаешься, а в это время сзади, будто какая-нибудь пантера заморская, или вот как ты на меня сегодня, прыгает тот тип и тебе в спину по самую рукоятку твой собственный кинжал. Ясно? За обер-лейтенанта Руттера отомстить хотели. Рыцарская месть.
— Хотели так, а вышло иначе. Ведь моим кинжалом убили Киреева. Я из-за этого многое пережил. Вот так…
Помолчали минуту, другую. Демьян, тяжело вздохнув, поднялся, стряхнул с плащ-палатки крошки.