— Выпей, детка, это волшебное снадобье. Сразу будешь здоровой и сильной…
Девочка слабо зашевелилась, позволяя мне влить ей в рот разведенный лимэль. Первое мгновение ничего не происходило, а затем её глаза расширились, тело напряглось и подскочило на кровати. Я с трудом поймал ребенка и опять опустил на кровать. Вся болезнь мигом испарилась, на её бледном лице сияла счастливая улыбка, видимо она ощущала жаркий взрыв в теле, что доставил ей лимэль.
Иским оттолкнул меня и обнял дочку, приговаривая что-то ласковое, мать тоже бросила возню у печки и кинулась к ней, но была мною остановлена и кинулась за кипятком. Кинув несколько листьев здешнего чая, я подождал, пока вода немного окрасится, а затем плюхнул туда несколько ложек варенья и одну ложку лимэля, на всякий случай. Теперь нужно закрепить успех, а то кто его знает, как лимэль справляется с простудой. Если девочка пропотеет, так будет намного вернее, это я по себе знаю, так как в далеком детстве был болезненным и хилым ребенком, часто навещаемым докторами.
Снова подойдя к девочке, я вырвал её из объятий родителей и заставил выпить чай с вареньем, а затем закутал в одеяла, строго приказав не двигаться и ждать, пока вся болезнь через кожу не выйдет. После этого вышел из комнаты, позвав родителей с собой.
— Значит так, — сказал я им. — После того, как Лина хорошо пропотеет, её нужно накормить. Помните, как я сегодня ел за ужином? Так вот, Лина будет есть почти также, потому следите, чтобы она не переедала, а то ведь и лопнуть может! — улыбнулся я, вспомнив рекламу «Налей и отойди!».
Но глядя на обеспокоенные лица родителей, я поспешил заверить:
— Да шучу я, шучу! Но есть слишком много ей все же не стоит, лучше часто, но понемножку. Кроме этого, давайте её побольше пить отвара, который я только что сделал и не выпускайте пока из дома. Через два дня болезнь окончательно уйдет, но всегда может вернуться, потому объясните девочке, что сидеть в холодных подвалах очень вредно для здоровья!
Родители внимали мне, приоткрыв рты, а затем, заверив, что все сделают, как нужно, принялись долго и горячо меня благодарить. Под их взглядами мне стало не по себе, никогда не любил выслушивать благодарности, а когда еще и смотрят такими восторженными взорами… Шум во дворе отвлек мои мысли и заставил меня снова выглянуть в окно. Толпа там собралась уже преизрядная, возглавляемая давешней бабулькой, которая угрожающе кричала, заводя толпу и показывая в сторону дома.
— Близится буря, — пробормотал я.
Родители также стали испуганно выглядывать в окно, а я тем временем опять зашел в комнату и проверил девочку. Она уже стояла возле печки и что-то жевала, завернувшись в одеяло.