— Не ушиблась? — хрипло спросил Василек.
Девушка замотала головой, не желая отрывать лицо от его груди. Парень, будто почувствовав это, осторожно обнял ее и замер. Они стояли так некоторое время, пока Рита, наконец, неохотно не отстранилась, запрокинув голову, чтобы взглянуть ему в лицо. В его глазах она увидела столько любви и немого обожания, что ей почему-то стало неловко.
— Так бы и стояла тут всю ночь, да боюсь уснуть, — весело сказала она, пытаясь разрядить обстановку. Она почувствовала, каким напряженным стал Нековбой, и смущенно спросила: — Что?
— Зачем ты это делаешь? — прошептал он.
— Делаю что?
— Не надо играть со мной, — еще тише сказал парень. — Я этого не заслужил. Не надо отыгрываться на мне за то, что Артур…
— Нет! — воскликнула Рита, и Василек испуганно замолчал. — Я ничего не желаю о нем слышать! Я не хочу слышать его имя!
— Я…, - начал было Нековбой, замолчал, потом начал снова: — Я думаю, что ты прекрасно знаешь о моих чувствах к тебе. И я не хочу, чтобы ты использовала их, чтобы отомстить тому, чье имя ты не желаешь слышать. Я понимаю, что тебе больно, но зачем ты делаешь больно мне? За что?
Говоря это, парень потихоньку подходил к ней, а Рита отступала от него, напуганная странным выражением его глаз, пока не почувствовала спиной стену. Тогда Нековбой уперся руками в стену по обе стороны ее лица, как бы заключив ее тем самым в клетку.
— О чем ты говоришь? — пискнула девушка. — Я не понимаю. Что такого я тебе сделала? Я всего лишь обняла тебя, как друга, ничего больше.
Парень тяжело вздохнул и опустил руки, выпуская ее.
— Не надо лгать, ни мне, ни себе. Рита, я тебя давно знаю, все твои мысли так легко прочитать по твоим глазам…
— Да? — внезапно ощетинившись, зло бросила та. — И о чем же я подумала?
— Ты думала: "А не поцеловать ли мне своего старого доброго безотказного друга Ваську? Может, этот поцелуй заставит меня забыть о том, другом поцелуе?"
Девушка молчала, потрясенная его проницательностью. Именно такая мысль мелькнула в ее голове, когда она запрокинула лицо, глядя ему в глаза. Но она никогда не созналась бы ему в этом.
— Конечно, я был бы просто счастлив, поцелуй ты меня, — продолжал Нековбой каким-то усталым, надтреснутым голосом, явно заметив ее виноватый взгляд, — но я не хочу, чтобы это случилось так.
— Прости, — прошептала Рита, снова закрыв глаза. Одинокая слезинка скатилась по ее щеке, тут же застывшая на холодном ветру.
Она вдруг почувствовала прикосновение его губ к своим губам, такое легкое, как дуновение того же ветра, только теплого и ласкового. Рита мгновенно распахнула глаза и недоверчиво уставилась на довольно ухмыляющегося Нековбоя.