Нож скользнул чисто и быстро, вспоров ее горло слева направо. Темная горячая кровь сначала брызнула струей, потом потекла по телу. Мартин и Дуэйн никогда еще не видели столько крови. Мужчина держал ее голову сзади, пока камера делала наезд на ее умирающие глаза. Смешки двух мужчин были единственным звуковым оформлением сцены.
— Черт побери… Что это за мерзость? — истерически закричал Мартин.
Дуэйн теперь тоже вскочил на ноги. Его глаза с ужасом приклеились к экрану.
— Это снафф?[8] Ты принес мне паршивый снафф? — Мартин повернулся к Дуэйну.
— Я не знал, — ответил он, быстро отступая назад. — Мне сказали, что это экстрим, — сказал он, чувствуя слабость, его голос дрожал.
— Экстрим? — крикнул Мартин. — Ее убили, Дуэйн. Убили у тебя на глазах. Куда уж еще экстремальнее. — Мартин поднес дрожащие руки к лицу и потер его, как будто пытаясь стереть только что увиденное. — Кто тебе дал этот диск?
— Что? — растерянно посмотрел на него Дуэйн.
— Тебе сказали, что это экстрим, кто тебе это сказал? Откуда ты взял его?
— Так, кое-какие знакомые. Ну, ты знаешь, люди, у которых можно достать телок или наркоту.
— Я с такими людьми не желаю иметь ничего общего! — нервно закричал Мартин и подошел к проигрывателю, чтобы трясущимися руками достать диск.
— Да чего ты вообще взбеленился? К нам же это не имеет никакого отношения. Выкинем его и забудем.
— Не могу, Дуэйн.
— Да почему?
— Потому что я ее знаю.
— Что? Ты что, хочешь сказать, что уже видела его? Где? Когда? — Голос Роберта звучал на несколько децибелов громче обычного.
— Я не уверена, может быть, три или четыре месяца назад, — беззаботно сказала Изабелла. — Ты что, не будешь завтракать?
У Роберта пропал всякий аппетит.
— Забудь про завтрак. Я должен знать, где и когда ты видела этот знак. Сейчас же. — Он взял ее за руки.
Изабелла уставилась на него со страхом в глазах.
— Роберт, ты меня пугаешь. Что происходит?
Она заерзала, пытаясь освободиться из его рук. Роберт отпустил ее, поняв, что ведет себя как сумасшедший.
— Извини, — сказал он, поднимая руки.
Она отошла от него, как от незнакомого человека.
— В чем дело? Что на тебя нашло? — испуганно спросила она.
Роберт помолчал и пригладил волосы, стараясь успокоиться. Изабелла стояла, ожидая от него разумного объяснения.
— Пожалуйста, сядь, и я все тебе объясню.
— Ничего, я постою.
Роберт глубоко вздохнул.
— Я соврал, когда сказал, что это ничего не значит.
— Да уж, я догадалась.
Роберт объяснил Изабелле значение двойного распятия, тщательно подбирая слова, чтобы рассказать ей лишь то, что считал нужным. Он рассказал ей о двух последних убийствах, но ни словом не упомянул о предыдущих. По его словам, этот символ, нарисованный на листке бумаги, был найден на обоих местах преступлений. Он ни словом не намекнул о том, что символ был вырезан на теле жертв.