Изабелла минуту стояла тихо и неподвижно, не сводя взгляда с Роберта. Когда она заговорила, ее голос чуть дрожал.
— Значит, ты говоришь о серийном убийце? Возможно, что я лицом к лицу столкнулась с маньяком?
— Необязательно, — попытался он успокоить ее. — Серийный убийца — это тот, кто убивает трех или более людей в разных эпизодах. У нас пока есть только два убийства, — снова солгал он.
— Но это не значит, что он не психопат.
Роберт согласился про себя, но ничего не сказал.
— Изабелла, ты должна рассказать мне, что тебе известно об этом символе. Где ты его видела? — Он мягко взял ее дрожащие руки.
— Я не уверена. Я слишком разволновалась, чтобы вспомнить.
— Пожалуйста, постарайся.
Она отпустила его руки и несколько секунд помассировала закрытые веки.
— Месяца два-три назад, — наконец сказала она. — Я зашла с подругой в бар чего-нибудь выпить.
Она открыла глаза.
— Можешь вспомнить, что это был за бар? — спросил Роберт.
Она покачала головой.
— Ничего. Можно вернуться к этому потом. Что было в баре?
— Мы сидели у стойки, и моя подруга пошла в туалет.
— И ты осталась одна?
— Да, на пару минут.
— Продолжай.
— Этот тип подошел ко мне и спросил, нельзя ли меня угостить.
— Ты можешь вспомнить, как он выглядел?
Она несколько секунд смотрела в пол.
— Он был очень высокий, может, метр восемьдесят восемь — метр девяносто. Бритая голова, довольно крепкого телосложения, подтянутый, а его глаза… — Она замолчала.
— Что глаза?
— Они казались какими-то странными.
— В каком смысле?
— Холодными… без эмоций… даже пугающими, как будто он возненавидел меня с первого взгляда, как увидел.
— Какого они были цвета?
— Зеленого. Я это очень хорошо помню.
— Может быть, контактные линзы?
— Нет, не думаю. Они казались естественными.
— Ладно, что ты ответила, когда он предложил тебя угостить?
— Я отказалась, потому что я уже взяла выпить.
— А что же с символом?
— Он наклонился вперед, положив обе руки на стойку, и спросил меня, действительно ли я ничего не хочу. Он сказал, что просто хотел со мной выпить по-дружески. В общем, у него задрались оба рукава, запястья открылись, тогда-то я и увидела этот знак, он был вытатуирован у него на обеих руках.
— На обоих запястьях?
— Да.
— Ты уверена, что это был именно такой знак? — Роберт снова показал ей свой набросок.
— Да, именно такой. Я даже спросила его, что это значит.
— Что ты спросила?
— Я спросила, не имеет ли эта татуировка отношения к армии. Ну, знаешь, морские пехотинцы или десантники любят накалывать эмблемы своих полков, как бы в знак верности.
— И что он сказал?
— Ничего конкретного. Быстро одернул рукава и сказал, что это ничего не значит, что это личное.