«Позволь мужчине быть мужчиной…» Слова Манго Битти всплыли в ее памяти, и Лиззи откинула голову.
Он ласкал ее руками, губами, языком, от его теплого дыхания по ее спине пробежала раскаленная дрожь ожидания. Обхватив руками ее бедра, он прижал их к своему телу, и его очевидное возбуждение передалось ей.
— Боже мой, Лиззи, тебе известно, какой властью ты обладаешь? Тебе известно, что этим взглядом, этим вздохом ты можешь вынудить мужчину подчиниться?
Он снова поцеловал ее, одна рука скользнула вниз, к ноге, затем к щиколотке и под юбку.
Она должна остановить его. Остановить его прежде, чем будет слишком поздно, прежде, чем это приведет ее к окончательной гибели.
— Я не должна, — прошептала Лиззи.
— Но ты не можешь остановиться сама? Твоя власть надо мной возбуждает тебя, сводит тебя с ума от желания. Ты не можешь остановиться, потому что жалеешь меня за мою обязанность дать тебе облегчение, и своим поцелуем ты выказываешь мне сострадание.
Да, он негодяй, поэтичный негодяй, готовый соблазнить ее! Но он прав: ее ответ ему был инстинктивным, вызванным его искусными губами, его словами, его руками, которые так бережно скользили по ее телу.
Лиззи обняла его за шею и начала целовать, как будто делала это уже тысячу раз, хотя никогда раньше не целовала мужчину. Пока его рука двигалась вверх по внутренней стороне бедра, она чувствовала себя почти обезумевшей. Ей хотелось засмеяться, закричать, потребовать, чтоб он сейчас же прекратил, но когда его пальцы коснулись входа, она задохнулась от ощущения.
— Ты должна мне это позволить. — Он погладил ее, и ощущение было такое, словно река текла сквозь нее. — Девушка, имей сострадание. Позволь мне это.
Его пальцы утонули в складках и начали гладить. Невероятно. Джек уносил ее от Торнтри, от сложностей ее жизни, от Карсона, от долгов, от всего, кроме этого ощущения. Она чувствовала нарастающее удовольствие, влажную теплоту.
— Джек, — произнесла она каким-то чужим, неприятно охрипшим голосом.
Он что-то прошептал ей, продолжая свою бесстыдную ласку между ног. Ее тело содрогнулось от накатывающих волн физического удовольствия. Она попыталась овладеть собой, и ей показалось, что он сказал: «Для тебя».
В конце концов она смогла вздохнуть, и Джек медленно убрал руку из-под юбки. Он тоже задыхался. Потом, сняв ее руки со своей шеи, поцеловал их.
Разум постепенно вернулся к ней. Лиззи была в восторге от того, что сейчас произошло, и одновременно подавлена своим падением. Как она могла допустить такое?
— Джек…
— Нет. — Он прижал ладонь к ее щеке. — Ни слова, девушка. Не отрицай своих чувств.