— Ты слишком спешишь. Еще нужно пройти так много ступенек, скажу я тебе, от наставника до моего нынешнего положения, отсюда до... Любовь моя, у меня для тебя новость. Я слышал, что должен получить кардинальскую шапку из Рима.
— Томас! Теперь тебя станут называть кардиналом Уолси. В его голосе она услышала исступленный восторг.
— Кардинальская шапка! — прошептал он.— Когда ее мне привезут, я устрою пышную церемонию, чтобы все знали, что у нас в Англии есть, наконец, кардинал. Для Англии это много значит. Кардинал Уолси! Тогда останется всего один шаг, любовь моя. На следующем конклаве... почему бы не избрать английского кардинала Папой и не увенчать его папской тиарой?
— Ты это сделаешь, Томас. Разве ты не добивался всего, что хотел?
— Не совсем. Иначе со мной была бы моя семья.
— Но ты же священник, Томас! Разве это возможно?
— Я этого добьюсь. Не сомневайся. Она и не сомневалась.
— Ты не такой как все другие,— сказала она.— Удивляюсь, что этого не видит весь мир.
— Увидят. А сейчас я расскажу тебе о новом доме, который я купил.
— Новый дом! Для нас, Томас?
— Нет,— печально произнес Уолси,— для себя. Там я буду принимать короля; но когда-нибудь он, быть может, станет и твоим домом... твоим и детей.
— Расскажи мне о доме, Томас.
— Он на берегу Темзы, за Ричмондом. Поместье Хэмптон. Это красивое место и принадлежит Рыцарям Святого Иоанна Иерусалимского. Я выкупил у них аренду дома и теперь собираюсь переделать его по-своему, так как мне не нравится, как он стоит. Я построю там дворец, это будет огромный дворец, дорогая моя... который можно будет сравнить с королевскими дворцами — чтобы весь мир знал, что если я пожелаю иметь дворец, у меня есть средства его построить.
— Пройдет какое-то время прежде чем этот дворец построят по твоему желанию.
— Нет. Я заставлю их усердно работать на меня, дорогая. Я задам эту работу самым видным членам союза свободных каменщиков. Кто же теперь осмелится вызвать неудовольствие кардинала Уолси? Я решил, что у дворца будет пять дворов, вокруг которых будут построены апартаменты. Говорю тебе, они будут достойны самого короля.
— А король об этом знает, Томас? Ну, что он скажет, если подданный построит дворец не хуже его собственного?
— Он знает и проявляет большой интерес. Я хорошо знаю нашего короля, дорогая. Ему не нравится, когда некоторые дворяне, имеющие безрассудство воображать, что в их жилах более королевская кровь чем у Тюдоров, выставляют напоказ свое богатство, но совсем по-другому он относится к тому, кого, по его мнению, он вывел из безвестности. Во дворце Хэмптон-Корт, любовь моя, он увидит отражение своей собственной власти. Поэтому я говорю с ним о дворце, и он считает, что я следую его советам. Но, знаешь, это он всегда следует моим.