– От кого ты узнала?
– Что, про Кольку? Понятия не имею. Мужской голос позвонил по мобильнику, сказал: лебедевские замочили Николая.
– Кто позвонил?
– Откуда мне знать? – выпустила дым в лицо Надька, снова начиная хаметь. – Говорю же тебе: голос незнакомый. Но дед был в курсе всего, что там произошло.
– Почему решила, что дед?
– Голос немолодой. И противный, если честно. Не говорит, а лижет, тьфу!
Татьяна с жалостью смотрела на потерявшую себя дуреху и думала о выкрутасах судьбы. Суханова была одной из лучших студенток – старательная, способная тихоня, не доставлявшая никому проблем. Теперь самой большой проблемой ее жизни, похоже, стала она сама.
– Ладно, пойду. Может, когда и увидимся. Пока!
Надежда молча кивнула и уставилась на песочницу, где усердно орудовала красной лопаткой забавная девчушка с торчащим на макушке кудрявым хвостом...
* * *
Лебедев вернулся домой за полночь, стрелки циферблата показывали половину первого. Спрашивать, почему так поздно, бессмысленно. Во-первых, не ответит, а во-вторых, и без того ясно, что не с любовного свидания, Андрея изматывает только работа.
– Привет, почему не спишь?
– Тебя жду. Надо кое-что рассказать.
– Я зверски устал, – бросил на ходу измотанный трудоголик, поднимаясь на второй этаж. – Сейчас ополоснусь и в койку. Завтра трудный день.
– У тебя каждый день трудный. Андрюша, ты должен меня выслушать. Черт побери, – разозлилась Татьяна, – ты можешь повернуться? Я не привыкла беседовать с задом!
– Привыкай, – буркнул Лебедев, заходя в кабинет.
Чувствовать свою виноватость за Надькину глупость нужды теперь не было никакой. Сама судьба наказывала бездушного эгоиста, одуревшая от любви бестолковая баба просто послужила средством.
– Это не Моисеев организовал похищение, – решительно заявила Татьяна, входя следом.
– Что?
– Я сегодня случайно встретила Надежду. Сначала она обвинила тебя в убийстве, а после призналась, что сделала второй ключ и отдала своему любовнику.
– Какая Надежда? Что ты несешь?
– Суханова. Она убирала мою квартиру, где жили Голкин с Аркадием.
– И что?
– В двух словах или подробно?
– Короче. – Лебедев снял ремень, расстегнул молнию на брюках.
– Суханова познакомилась с одним типом, влюбилась и сделала по его просьбе второй ключ.
– Зачем?
– Я же объясняю: влюбилась.
– Убийственная логика! А как вообще возникла эта ненормальная?
– Ее привела я, – со вздохом напомнила доброхотка. – Я тебе о ней говорила, забыл?
– Твою мать! – злобно ругнулся Лебедев. – Я, что, должен держать в голове все твои бабские бредни?
– Выбирай слова.
– Да какие, на хрен, слова! – Он яростно сдернул мешавшую штанину и швырнул брюки в угол. – За то, что вы сделали, удавить мало!