– Да я вам и так верю, – хмыкает он. – И что такое посреднический бизнес, тоже достаточно хорошо представляю. С рекламным, правда, до вашего дела не сталкивался, но с владельцами торговых сетей дело иметь, к сожалению, приходилось. Так что версию с господином Завьяловым действительно можно считать не очень удачной. Переходите ко второй.
– Перехожу, – усмехаюсь. – Я тут одного голубка из числа партнеров за яйца прижал…
– Тогда к третьей, – вздыхает. – О вашем конфликте с одним из топ-менеджеров «Нового журнала» нам известно. Разрабатываем. Но если честно, – вряд ли. Для людей из этого мира даже намек на любую уголовщину – несмываемое пятно на репутации. А репутация там – деньги. В смысле, без нее их в этом мире не заработаешь. Никогда. Да и характер у фигуранта несколько слабоват для таких решительных действий. Так что мы, конечно, будем продолжать копать и в этом направлении, но…сами понимаете…
– Понимаю, – соглашаюсь. – Ну а третья версия у меня отпала буквально только что. Дело в том, что я, видите ли, незадолго до покушения потребовал у одного человека вернуть мне очень значительную сумму денег. А человек этот – вполне решительный и жесткий.
– Я, – говорит следак медленно, словно пережевывая, – кажется, понимаю, о чем вы говорите. Есть показания вашего водителя и оставшегося в живых охранника. И почему же она отпала?
– А, – морщусь, – видите ли, Петр, я только что получил более чем серьезные гарантии, что этот человек тут ни при чем. Пояснять я вам ничего не могу, а вы, в свою очередь, можете рыть землю в этом направлении. Хоть до самой Австралии. Но – это пустышка, гражданин следователь. Полученные мною гарантии, извините за тавтологию, – это гарантируют.
– Вот как?! – удивляется. – И что же это были за гарантии?
Я тихо смеюсь.
– Я же вам уже сказал, Петр Евгеньевич, – гашу в блюдце сигарету, – что пояснить вам ничего в данном случае не могу. С моей точки зрения, к покушению на мою скромную персону эта информация никакого отношения не имеет. А во всех других аспектах вы мне, извините, – не исповедник. Хотите – ройте, хотите – нет. Я знаю, что там пусто. А вы, если хотите, – работайте…
– И будем, – говорит, и это звучит угрожающе. – Обязательно будем работать. В нашем деле иначе никак. А вы пока вот о чем на досуге поразмышляйте. Как нам стало известно, у вашей жены есть любовник. Проанализируйте, была ли причина у нее или у него вас заказать. А пока – всего доброго.
И – быстренько отключается.
А я некоторое время так и стою, тупо уткнувшись взглядом в крашеную больничную стену.