— Я… Слишком стар для таких приключений! — прохрипел Сильвио, в очередной раз проваливаясь по колено в торфяную жижу. — Нельзя… переоценивать свои силы, особенно в моем возрасте…
Останки «Паровой Души Стерлинга» покоились на илистой отмели. Из воды торчали короткие толстые трубы и покосившийся цилиндр рулевой рубки, увитый сорванными ветром лианами. Мутные волны бились о покореженные листы железа, вскипали пенными бурунами над косо уходящей в воду палубой. Чуть поодаль виднелась оторванная корма — она воткнулась в дно почти вертикально. Покуда Джек и Сильвио молча созерцали картину минувшей катастрофы, Лерой Пинкер осмотрел берег.
— Буря хорошо поработала, но кое-что сказать все-таки можно, — бросил он. — Их там человек десять, волокли с собой что-то тяжелое. Идут на запад.
Разбили палатку. Следопыт пообещал развести костер и отправился за топливом, но путники не стали его дожидаться: сон сейчас казался важнее даже тепла. На ногах остались лишь Имеющий Зуб и Джек — у последнего, несмотря на усталость, имелось к Лерою Линкеру весьма деликатное дело. Уже в сумерках проводник принес охапку мокрого хвороста, потом притащил несколько сломанных ветром ветвей. Достав длинный нож, он принялся методично строгать самую толстую. Вскоре у его ног образовалась горка коры. «Да он же срезает все мокрое! — понял вдруг Мюррей. — Ловко придумано, ничего не скажешь». Превратив ветку в кучу щепок, Пинкер достал из-за пазухи бычий пузырь с трутом и куском кремня — и, ловко прикрываясь от ветра полой плаща, высек искру. Вскоре у его ног заполыхал крохотный костерок. Трое мужчин обступили пламя, протянув руки к трепетным язычкам. От мокрых плащей шел пар.
— Идите спать, джентльмены, — бросил Пинкер, когда одежда их немного обсохла. — Я покараулю до полуночи.
Глаза Джека слипались, но он заставил себя подождать, когда Имеющий Зуб скроется в палатке, и наклонился к следопыту.
— Лерой, я хочу вас кое о чем попросить…
Пинкер молча смотрел на него.
— Там… В той компании, которую мы преследуем, есть… девушка. Я хочу, чтобы она осталась в живых! — напрямик сказал Джек.
Следопыт подкинул в огонь хворосту. Мокрые прутья зашипели, словно ведро разъяренных гадюк, повалил едкий дым.
— Фальконе платит мне только за одного, мистер.
— Я дам вам еще пятьдесят фунтов, если с ней ничего не случится! — выпалил Мюррей.
— Сто.
— Что?!
— Сто, и ни пенсом меньше, приятель, — в противном случае я ни за что не ручаюсь.
«Проклятый вымогатель!» — возмутился Джек, но делать было нечего.
* * *
— Это ведь благодаря вам я лишился всего, что имел: сначала — дирижабля, потом моего корабля… Если я заподозрю неладное — берегитесь, мистер чернокнижник! Человек, лишенный заработанного потом и кровью, становится чертовски опасен, чертовски!