В ярких лучах утреннего солнца бунгало имело невзрачный вид: стандартный домик для отдыха у моря, сдаваемый из года в год хозяином, который не считает нужным даже взглянуть на него, не то чтобы потратиться на окраску.
Проехав с полкилометра по шоссе, я оставил машину под прикрытием кустарника и пошел назад.
В сотне метров от бунгало виднелась полоса дюн, где можно было устроить отличный наблюдательный пункт. Я облюбовал себе удобное местечко, разгреб песок и лег на живот, положив на гребень дюны мощный бинокль, который мне посчастливилось позаимствовать у хозяина гостиницы.
Я наблюдал за бунгало более часа, не заметив никаких признаков жизни.
Без двадцати девять у ворот бунгало остановился старый помятый автомобиль. Из него вылезла женщина. Бинокль был настолько сильный, что я видел пудру на ее лице в тех местах, где она лежала слишком толстым слоем.
Я догадался, что это уборщица. Я видел в бинокль, как она подошла к бунгало, просунула два пальца в щель почтовою ящика и выудила оттуда ключ на длинном шнурке. Открыв этим ключом переднюю дверь, она вошла в бунгало.
Долгое ожидание принесло результаты. Теперь, если понадобится попасть в бунгало, я знал, как это сделать.
Время от времени в большом окне я видел женщину, которая убирала в гостиной, двигая перед собой пылесос. Через несколько минут она выключила его из сети и скрылась из вида.
Чуть позже полдвенадцатого отворилась передняя дверь, и вышел Вазари. Он постоял на ступеньках, задрав голову к небу и глубоко вдыхая свежий утренний воздух, потом согнул и разогнул руки. После ночного дождя стало припекать. На нем были синие джинсы и водолазка. Он выглядел очень мощным, и в роли телохранителя производил сильное впечатление.
Он подошел к «понтиаку», проверил масло и воду, затем возвратился в бунгало.
Риму я увидел только после полудня. Она вышла из передней двери и взглянула на небо. Когда я навел бинокль на ее лицо, меня передернуло. Оно было бледное, под глазами синяки, слой румян делал его похожим на раскрашенную маску. С мрачным и раздраженным видом она забралась в «понтиак» и с силой захлопнула за собой дверцу.
Вслед за ней вышел Вазари, неся купальные халаты и полотенца. В дверях появилась уборщица. Он что-то сказал ей, она кивнула, затем он влез в машину и вырулил на шоссе.
Я продолжал следить за «понтиаком» в бинокль. Он двигался в сторону западной части города, где были расположены фешенебельные пляжи, принадлежащие морским клубам.
Через несколько минут вышла уборщица. Она заперла переднюю дверь, опустила ключ в почтовый ящик, села в свой автомобиль и уехала.