Сшитое из дамасского шёлка бледного оттенка цвета морской волны, платье элегантно расширялось книзу и оттого — совсем как колокол — изящно покачивалось, когда она двигалась. Юбку украшал тканый цветочный узор из синих и золотых нитей, от отороченного по краям золотым шитьём корсажа отходили мягкие, в форме лепестков, рукава. Платье было действительно великолепно, и конечно, предназначалось не для деревенской мыши.
Однако Грейс приводил в смятение глубокий вырез корсажа.
Она никогда так сильно не открывала грудь, даже её нижнее бельё не имело таких глубоких вырезов, а в этом платье она чувствовала себя так, словно на ней была надета только его нижняя половина. Когда во время примерки она высказала свои опасения, все трое — Элеанор, мадам Дельфина и Лиза — уверили её, что такова мода и что каждая леди на балу будет завидовать её наряду. Грейс совершенно не могла представить себе нечто подобное, напротив, она была уверена, что даже если и не выпадет на балу из этого платья, то уж простуду подхватит наверняка.
Но, возможно, подумала она с надеждой, муж тоже обратит внимание на её наряд.
Хотя Элеанор ничего не сказала об этом при утренней примерке, Грейс знала, что золовка тоже думала о том, что брат не сможет отвести взгляда от собственной жены. Элеанор была не первой в семье, кто заметил, что Кристиан пренебрегал молодой женой. Фактически, все в доме обратили на это внимание.
Множество раз за последние две недели Грейс доводилось слышать, как слуги шептались о том, что слишком рано после свадьбы супруги стали спать отдельно, что дверь, соединяющая их спальни, по утрам остаётся запертой. С той первой ночи в Уэстовер-холле Кристиан ни разу не приходил к ней в постель. Сначала она думала, что, возможно, он хочет убедиться, не беременна ли она, и что, возможно, такой перерыв нужен, чтобы она понесла ребёнка. Но оттого, что очень многие замечали его невнимательность, она пришла к выводу, что между ними что-то складывается не так. И теперь единственная задача для неё состояла в том, как поправить дела, особенно если Кристиан так редко бывал дома. Он уходил рано утром и возвращался поздно вечером. Когда леди Фрэнсис пыталась завести с ним разговор о его постоянных отлучках, Кристиан отвечал только, что занят делами, требующими его внимания. В надежде преодолеть свое одиночество, Грейс с головой погрузилась в подготовку к своему появлению в свете, желая всё сделать правильно. «Сегодня вечером, — думала она, уставившись на свое отражение. — Сегодня вечером я покажу ему, что могу быть той женой, которую он хотел бы иметь».