Когда проснулся, рядом уже никого не было... Повара рано встают.
Да, есть женщины в русских селеньях. И не только в селеньях. В городах тоже. Попадаются. Хотя и реже. Можно поговорить, можно послушать, или просто помолчать. Вдвоём. Панацея. Все тревоги, все боли душевные если не вовсе уходят, то смягчаются. Как с мороза у тёплой печки. Это, собственно, и есть Родина. Женщины, дети... Родители. Старики. За них воюем. За прошлое, настоящее и будущее. Не за вождей же, усатых и безусых, головы класть. И не за идею. Идей, их вон сколько было... и будет... разных.
Из Надеждиного закутка выбираюсь потихоньку. Она, конечно, человек свободный, в том числе и по понятиям нынешнего времени - но зачем? В удобства, затем размялся. Потом в казарме хватанул бритву с прочим, заобиходился - и на завтрак. Наде махнул рукой, она в ответ. Некогда.
На построении всё ещё довольно много народу. Хотя, конечно, первые ряды, где лётный состав, поредели неслабо после вчерашнего, надо думать. На предыдущем меня, разумеется, не было, сравнить не с чем, но потери по определению были. Нехилые, увы. Где-то, полагаю, невосполнимые даже. Впрочем, рассвет едва-едва занимается лишь, а дежурная шестёрка "чаек" уже накручивает километраж синевы.
Перед строем группа офицеров. Впереди майор. Лет тридцати. В лётной форме. Светловолосый, с волевым лицом. Плакатными такие называют. Смутно знакомым. Костику, разумеется. Ростом лишь чуть выше меня, но видно, что крепкий, и такое чувство, будто бы сейчас взлетит, прямо вот так, без всего, от словно переполняющей его энергии. Это с утреца-то. Глаза быстрые, серые. Сразу видно - истребитель...
Оказался майор Сурин. Борис Николаевич. Командир 123 иап. Скоренько доводит обстановку. Хреноватенькая, скажем так, обстановочка. Фрицы (хотя здесь их так не зовут ещё) автоколоннами остановились на достигнутом - пощипали мы их капитально, в неба, то есть, да и мазута кой-какая подошла - но направляют в нашу сторону разведдозоры. Которые пока перехватываются и удерживаются нашими заслонами, но это пока. Скоро снова попрут. Короче, пора уматывать, да поскорее (всё это в моей интерпретации, разумеется, впрочем, Сурин и правда почти не матерится, сурьёзный дядечка). В Пинск. Часть технарей и прочих уже смотала удочки, прочие даже не ждут уже зелёного свистка - грузятся полным ходом. На остальные машины пилоты найдутся. С избытком. Из МиГов - только на два. А их четыре. О Яках вообще ни слова. Закончив насчёт МиГов, комполка оглядывает строй. Три шага вперёд.