По сигналу ворчуна Палёная сунула голову на кухню.
— Ты сказал, десять минут, уже час назад, Гаррет. Он засыпает.
— Я говорил тебе миллион раз, не преувеличивай. Часа и близко не прошло.
— Это не меняет дела. Ты игнорируешь самую важную задачу, а сам в это время флиртуешь.
Что со мной? Мои щеки стали горячими!
Я направился к леднику и взял кувшин.
Палёная отобрала его.
— Я разберусь с ним, а ты иди, повидайся с Морли.
Они помогли ему устроиться в кресле, он был в чистой одежде, наверное, Белинда принесла. Он начал засыпать, когда я пришёл, но немного оживился.
— Они обещали мне скоро настоящую баню.
— Всё равно, что рай на земле.
Кара пришла со мной, у Морли поднялись брови. В его глазах вспыхнул огонь охотничьего азарта. Он испытал свою девичье-убийственную улыбку, потом с любопытством посмотрел на меня. Его лицо наморщилось от немного хмурого взгляда.
— Морли, это Кара. Она помогает выяснить, что тобой произошло. Кара, это Морли Дотс, якобы ресторатор и настоящая жертва преступления.
Узнает ли он её?
— Рад познакомиться, мэм.
Он быстро всё просчитал.
Вежливее, чем ожидалось, учитывая её отношение, Палёная отодвинула Седлающую Ветер в сторону, чтобы поставить мой кувшин, потом она согнала Кару в другое место.
Дотс поинтересовался:
— Там что-то особенное?
— Возможно.
— Хм, — он не задал ни один из ожидаемых вопросов, на которые моя совесть заготовила ответы. — Любопытно.
— Страшно. Я запутался. Со мной такого не должно было случиться. Я уже большой мальчик, и я хороший мальчик, и я давно нашёл своё место. Место, куда я всегда возвращаюсь, с тех пор как мы ходили в Кантард биться с вампирами. Но теперь это, а я не очень хорошо её знаю.
— Бывает, Гаррет. А как хорошо ты знал Майю? Или Элеонору? Элеонора даже не была жива, а как насчёт Белинды?
— С Белиндой всё было наоборот. Я, в основном, пытался спасти от ножа свою глотку.
Он не подловил меня на этом, вероятно, потому что он не хотел говорить о Белинде.
— Не волнуйся. Ты это ты, всё равно всё испортишь, вынужденный делать то, что считаешь правильным. Ты закончишь там же, откуда начал, даже если хочешь совсем другого.
Это не то, что я хотел услышать.
— Давай поговорим о тебе.
— Почему, это моя любимая тема? Разве Покойник не вытянул из меня всё?
— Нет. Он сказал, что у тебя мозг как яйцо.
— Что сказать? Когда он прав, то прав. Если бы у меня были мозги из двух яиц, то я не был бы в таком состоянии.
— Ты начинаешь вспоминать факты?
— Нет.
— Точно?
— Точно. Будто целые недели были вырезаны из моей памяти. Осталось смутное воспоминание о пробуждении на кровати где-то с тобой и Белл, нависшей надо мной. Или это были?.. Сейчас её лицо вспоминается, как в тумане.