(ремесленник) и
наш-патри (меченосец). Первый занимался такими задачами, как подготовка образов, необходимых для использования в ритуалах, а последний убивал жертвенных животных. Другие ритуалы, в которых участвовал наш-патри, – это символическое отсечение голов некоторым изображениям.
Были еще рамку и пашишу – жрецы, выполнявшие ритуалы омовения и помазания. Ритуалы омовения проводились в части храма или дворца, которая называлась бит-римки (дом очищения).
Великая наука толкования знамений требовала собственных служителей. Ими были жрецы бару (наблюдатели). Их влияние на дела государства могло быть огромным, поскольку в их руках было толкование знаков, когда царь ставил перед ними государственную проблему. Часто прорицатель бару использовал макелту – божественную чашу: читатель непременно заметит параллель с магическими приспособлениями (серебряной чашей) Иосифа (Быт., 44: 5). Бару могли сопровождать армию и наслаждались большими почестями в случае удачных предсказаний. Естественно, если предсказания оказывались неудачными, их ждал позор. В своем толковании тех или иных знамений бару использовали комментарии, которые были распределены по секциям под техническими терминами, которые относились к органам, в первую очередь к печени жертвенного животного. За первым жертвоприношением должно было следовать второе – для проверки, а в некоторых случаях и третье. Вероятнее всего, основная теория заключалась в том, что бог, если к нему должным образом обратиться перед жертвоприношением и проинформировать о проблеме, напишет знак в теле жертвы.
Толкователями знаков были жрецы шаилу, часто упоминающиеся помимо жрецов бару, хотя последние, скорее всего, имели более высокий статус. Женщины – члены этого класса жрецов – шаилту – тоже не были редкостью, и тексты предполагают, что в основном женщины пользовались предсказаниями шаилту, чтобы узнать волю богов. Жрицы шаилту, вероятно, пребывали вне официальной религии, сконцентрированной в храме. Жрец шаилу в одном из гимнов называется тем, кто объясняет сны, возможно, это была его первичная функция, хотя маловероятно, что служба его коллег-женщин ограничивалась этим. Шаилу обращался за объяснением сна к пославшему его божеству, но техника процесса не вполне ясна. Есть предположение, что для этого велось наблюдение за горящим ладаном.
Другие классы мужского персонала в храмах – это кургарру и ассинну (или иссинну). Возможно, это были евнухи, которые принимали участие как актеры, вероятно в женских платьях, в культовых представлениях. В тексте об этом сказано: «Кургарру» и «иссинну», чью мужественность Иштар обратила в женственность, чтобы они носили маски перед народом.