— С чего это вдруг она стала такой добренькой? — пробормотала она.
— Судя по всему, она искренне хочет с тобой подружиться.
— Держи карман шире! — воскликнула Клео. — Да ни за что я в это не поверю! С улыбкой на устах, с молитвенником в руках, с кинжалом за пазухой — это про нее.
— Не забывай, что Сара — моя сестра, — недовольно произнес Джеймс. — Ты ее совершенно не знаешь, так что нечего на нее нападать.
— Ох, простите! — с сарказмом произнесла Клео. — Но, если мне не изменяет память, ты лично предупреждал, что мне следует опасаться твоей сестры.
— Как видишь, Сара не представляет для тебя реальной угрозы. Я ошибся.
— Ты ошибся, когда предположил, что она доброжелательно настроена. Зачем ты пообещал ей, что я приду на это дурацкое чаепитие?
— Затем, что ты скоро скиснешь, сидя у себя дома.
— К твоему сведению, я наслаждаюсь тишиной и покоем!
— Я тебе не верю, Клео.
— Твое право. Думай что хочешь. Мне все равно.
— Я давно заметил, что ты вообще безразлична ко всему, что напрямую не касается тебя.
— Да, я закоренелая эгоистка, если ты это имеешь в виду. Мне должно быть стыдно за это?
— Разве я тебя стыжу?
— Мне почему-то так показалось.
Их перепалка прекратилась с приходом официанта. А потом они долго молчали, уткнувшись в свои тарелки. Клео ругала себя последними словами. И почему она решила, что это свидание станет чем-то особенным? Кажется, Джеймс вжился в роль стервеца и ему нравилось доводить ее.
Что он, что его сестричка, два сапога пара, подумала Клео раздраженно. Притворяется милым, а на самом деле таковым не является. Сара даже честнее его. По крайней мере, она сразу заявила, что терпеть меня не может. Насчет нее я иллюзий не питаю. А вот Джеймс…
— Что ты там шепчешь? — спросил он.
— Прости? — Клео вскинула брови.
— Ты уже несколько минут, вместо того чтобы есть, смотришь в свою тарелку и шевелишь губами. С кем ты разговариваешь?
— С устрицами, — съязвила Клео. — Они выглядят как живые. И на вкус тоже сыроваты.
— Я попрошу официанта заменить блюдо.
— Спасибо, не надо. Устрицы оказались такими приятными собеседниками. Не то что ты.
— А что я?
— Позвал меня на свидание, но вместо того, чтобы вести себя как подобает джентльмену, хамишь и ехидничаешь.
— А я не джентльмен.
— Это видно невооруженным глазом.
— А как назвать твое поведение? Ты тоже ведешь себя далеко не лучшим образом.
— Да я ангел во плоти!
Джеймс громко фыркнул.
— В это даже ребенок не поверит.
Клео вытерла губы салфеткой, потом бросила ее на тарелку поверх устриц и смерила Джеймса убийственным взглядом.
— Я ухожу! Спасибо говорить не буду, потому что ты испортил мне вечер.