– Я не просил его выступать ни в чью защиту. Я ждал от него лишь умеренных, сдержанных публикаций. Никаких радикальных опусов.
– И он отказался?
– Нет, он написал все как надо. Он просто безоговорочно принял сторону федерального правительства и прекрасно выполнил свою задачу.
– Ты пытался переубедить его?
– Это все равно что пытаться проломить головой стену. Он и не собирается отступать.
– А ты не выдержал и взорвался, – с сожалением произнесла Люси.
Рэйн приблизился к туалетному столику, на котором все еще стояла початая бутылка, и налил новую порцию виски. По взгляду, брошенному в ее сторону, Люси поняла, что не следует противиться и возражать. Она сдержалась и промолчала.
– Я сказал, что напишу статью сам. А он ответил, что если я сделаю это, то он уйдет из газеты.
– Хит! – в отчаянии воскликнула Люси. Страшная мысль, что все планы, надежды, мечты Рэйна могут вот так, в одночасье, развалиться как карточный домик, терзала ее душу.
– Я не могу выпустить номер с таким материалом, – жестко проговорил Хит и поднес бокал к губам. – Если я выпущу статью Дэймона, я предам все, во что верил, предам самого себя. Но я не могу умолчать об этом событии. Именно для того и нужна газета, чтобы не оставлять подобные вещи без внимания общественности. Я же сам хотел создать такую газету.
Люси сидела, опустив руки; она пребывала в смятении; тревога сжимала сердце. Что она могла сказать ему? Чем помочь?
Резкий, похожий на взрыв гранаты звук вывел ее из состояния оцепенения. Хит с размаху швырнул в камин бокал, и он разлетелся на сотни блестящих осколков, подняв сноп искр над горящим поленом. Напуганная вспышкой ярости, Люси вздрогнула.
– Скажи, как помочь тебе? – тихо спросила она. – Я не знаю.
Она услышала приближающиеся шаги, ощутила прохладу упавшей на нее тени.
– Я сам не знаю, – хрипло ответил он. Южный акцент, усиленный изрядной дозой алкоголя, звучал теперь еще отчетливее. – Я знаю лишь одно – всем этим дерьмом я сыт по горло. Мне надоело драться за каждый дюйм своего пути, а конца этой драке не видно. Я устал принимать решения. Я покинул Юг, потому что мне осточертело быть вечно побежденным… Боже мой, Синда, ведь я многого не рассказал тебе… – С тяжелым вздохом Хит опустился перед ней на колени, его голова уткнулась в подол ее платья, а руки утонули в мягком шелке юбок. Люси застыла будто парализованная. Она в изумлении смотрела на склоненную золотистую голову. И это тот самый беззаботный, насмешливый, страстный Хит Рэйн сидел рядом, уткнувшись в ее колени, а пальцы его судорожно сжимали складки ее платья.