Он опять смолк и слегка прищурился, ожидая, что скажет Матюхин. И лейтенант не выдержал:
— Об этом… моем решении вам сказал Сутоцкий? Или…
— Мне казалось, у вас хватит выдержки не спросить. К сожалению, вы спросили. — Сладков вздохнул и отвел взгляд. — Нет, лейтенант, об этом мне никто не говорил. Но я воюю третий год и немало послужил в разведке. Я знаю, что такое мужская дружба и что бывает, когда выдвигается один, а другой… Так что догадаться было нетрудно. Вы должны были спросить: что ответил начальник политотдела? А он сказал: «Смотри-ка, какой мудрый этот Матюхин. Все учитывает. Даже возможные поощрения». И пообещал мне, что представление будет оформлено.
Сладков опять замолчал, и Матюхин не знал, что и как сказать. Он настолько растерялся, что даже вспотел, а когда понял это, только глупо улыбнулся.
И тут Сладков окончательно добил его:
— Больше вас ничего не интересует? Например, что еще сказал начподив? — Матюхин только пожал плечами. — Еще он сказал лично для меня: «Помните, товарищ старший лейтенант, за этот поиск вы отвечаете партбилетом». Вот так, товарищ лейтенант. И не удивляйтесь, если я буду… поблизости от вас и по мере моих скромных сил стану помогать.
Они помолчали. Матюхин никак не мог собраться с мыслями и оценить этот жестокий неожиданный разговор.
— А еще прошу тебя, Андрей, — опять переходя на «ты», мягко сказал Сладков, — не темни со мной. Честное слово, чем могу — помогу.
Сладков повернулся и ушел в темноту, к землянке командира роты.
Почти отвесные взлобки проходили вдоль всей обороны врага. Андрей понимал, что удобные для проведения поиска лощинки и распадки охраняются особенно усиленно и наверняка нашпигованы минами. А взлобки… Взлобки инженерно защищены слабее — на них с трудом вползет пехота и наверняка не поднимутся танки. Именно поэтому они манили Матюхина. И Закридзе он взял потому, что горец с детства привык не то что ходить — бегать по крутым горам.
Но с взлобков открывался надежный обзор, и потому пробежать незаметно ничейную полосу днем было почти невозможно. А вот выдвинуться затемно под взлобок, пересидеть там в укрытии до нужного момента — как раз то, на что рассчитывал Матюхин и что подсказал ему Сладков. И Андрей не выдержал. Предупредив своего помощника, он опять ушел на передовую, к артиллеристам приданного дивизии гаубичного полка. Их наблюдательный пункт стоял как раз против места, о котором говорил замполит.
НП артиллеристов был ухожен и удобен. Нары, столики, полочки, разветвленная система ходов сообщения с боковыми и выносными НП. Молодой командир батареи установил атмосферу веселой и чуть пренебрежительной по отношению к противнику домовитости.