— Что за… — начал он фразу, неизвестно к кому обращенную, но закончить ее не успел: за спиной у него раздался недвусмысленный металлический щелчок.
— Не дергайся, пристрелю, — проговорил спокойный бесцветный голос.
— За что же ты старуху-то убил? — спросил Шухер, переведя дыхание и взяв себя в руки.
— Не болтай ерунды, — оборвал его Водопятов, — проходи на кухню. Дернешься — и тебя убью.
«Вот так карась, — подумал Шухер, — то-то он по телефону так долго говорил… Видно, мой номер вычислял…»
Только теперь, когда уже поздно было что-то исправить, далекий от техники вор-домушник, привыкший действовать дедовскими способами и доверять только собственным золотым рукам, осознал, как глупо было звонить Водопятову со своего домашнего телефона.
— Садись! — коротко приказал тот, указав стволом пистолета на шаткий табурет.
Впервые они оказались лицом к лицу. Шухер вгляделся в жесткое лицо с бугристыми скулами, в холодные маленькие глаза и понял, как ошибся в этом человеке, как промахнулся, посчитав его жирным карасем, дойной коровой. Перед ним был человек, который для достижения своих целей не задумываясь принесет в жертву чужую жизнь.
И Шухер знал, что он уже принес одну жизнь четырнадцатого мая, вторую сегодня — жизнь несчастной безобидной Мартыновны, так и не получившей от судьбы того, о чем она мечтала, — скромного домика в Псковской области…
Водопятов тоже внимательно рассматривал сидящего перед ним человека и по прошествии нескольких минут удивленно спросил:
— Ты кто же такой? В жизни тебя не видел! Откуда у тебя эти фотографии?
— Откуда? От верблюда! — Шухер пытался хорохориться.
— Где фотографии-то? — спросил Водопятов, поведя стволом пистолета.
Шухер полез рукой в карман, и бизнесмен предупредил:
— Медленно, скотина, медленно. Дернешься — руку прострелю.
Шухер учел предупреждение и очень медленно вынул из кармана злополучные снимки.
— Брось на стол! — скомандовал Водопятов.
Не сводя с Шухера глаз, он осторожно левой рукой взял фотографии и опустил в карман своего пиджака.
— И все-таки откуда ты их взял? — задумчиво повторил он свой вопрос. — Ведь первый и второй раз звонил мне не ты, звонил совсем другой человек — умный и осторожный, говорил быстро, чтобы не успели засечь его телефон, а когда звонок все-таки проследили, оказалось, что это телефон-автомат на Финляндском вокзале… А потом вдруг звонишь ты и сразу позволяешь себя вычислить. Честно говоря, я просто не поверил в такую удачу. Да только удачей здесь и не пахнет: ты человек явно случайный, а первым шантажистом все равно еще придется заниматься. Но ты мне все-таки скажешь, откуда у тебя эти снимки.