- Хвала Господу! - крикнул один из них.
Меревал со своими людьми уставились на священников. Осферт посмотрел на меня.
- Мы нашли его! - воскликнул Цеолберт. - Мы нашли святого!
- Хвала Господу, - снова крикнул священник.
Мы все пошли к ручью.
- Ты ошибался, - заявил мне Цеолберт вместо приветствия, присвистывая из-за отсутствующих зубов. - Наш Бог более могущественен, чем ты думаешь. Он послал нам святого! Утред ошибался, а мы были правы!
Люди подняли скелет из воды, распутав водоросли и ивовые прутья, выломанные из ловушки для рыбы. Они благоговейно отнесли кости к телеге.
- Ты ошибался, - сказал мне Меревал.
- Я ошибался, - согласился я. - И правда ошибался.
- Победа будет за нами! - заявил Цеолберт. - Взгляни! Крест! Он поднял серебряный крест над ребрами скелета. - Крест благословенного святого Освальда, - он поцеловал серебро и окинул меня взглядом, наполненным неприкрытой ненавистью.
- Ты насмехался над нами, но ты ошибся. Наш Бог могущественнее, чем ты даже можешь представить! Это чудо! Чудо! Наш Бог хранил святого от всех бед и испытаний, а теперь он дарует нам победу над язычниками.
- Хвала Господу, - отозвался Меревал, вместе со своими воинами почтительно отступив назад, когда пожелтевшие кости были сложены на дно телеги.
Я позволил христианам насладиться радостью и оттащил в сторону Осферта.
- Отведи Полуночника в Лунден, - велел я ему, - и забери с собой Ингульфрид и мальчишку.
Он кивнул, хотел было что-то сказать, но промолчал.
- Я не знаю, как поступлю с мальчишкой, - добавил я, - сначала мне нужно заняться Кнутом, но пусть он будет в безопасности. Он стоит много золота.
- Я выкуплю его у тебя, - сказал Осферт.
- Пусть его выкупит отец, а ты займешься матерью. Но храни обоих!
- Я позабочусь об их безопасности, - ответил Осферт. Священники начали петь, и Осферт наблюдал за ними со своим обычным серьезным выражением лица.
Временами он становился так похож на своего отца, что у меня возникало искушение назвать его господином.
- Помню, - он по-прежнему смотрел на трех поющих священников, произнося эти слова, - как однажды ты сказал мне, что твоему дяде отдали руку святого Освальда.
- Так и есть. Ингульфрид ее видела. Можешь ее спросить.
- Ты сказал, что это была левая рука?
- Разве?
- У меня неплохая память на подобные вещи, - торжественно заявил он, - ты сказал, что то была левая рука.
- Не помню, - признался я, - и откуда мне было знать, какая это была рука?
- Ты сказал, что это была левая рука, - настаивал он. - Должно быть, тебе сказал кто-то из твоих шпионов.
- Значит, левая.