Ярость и рассвет (Ахдие) - страница 97

Убедившись, что никто не слышал, как он куда-то ходил, мужчина с облегчением вздохнул, прежде чем положить сверток на стол и запереть дверь.

Затем он достал кинжал из-под накидки.

Это был простой клинок. На первый взгляд, незначительный. Деревянная рукоятка с банальной резьбой. Слегка кривоватая и кованная черным железом.

Совершенно непримечательный, на самом деле.

Джахандар закрыл глаза и сжал кинжал в ладони.

Время пришло.

После более чем двух недель кропотливого изучения и утомительного перевода этот момент настал.

Сегодня ночью он узнает, выбрала ли его книга.

Сегодня он проверит, достоин ли он ее силы.

И снова мужчина подошел к свертку на его столе. Он развернул ткань.

Удобно свернувшись, в центре спал заяц с мягким рыжевато-коричневым мехом.

Его первое испытание.

Джахандар сглотнул.

Он не хотел, чтобы животное страдало. Казалось абсолютно несправедливым отнимать жизнь такого беззащитного существа столь отвратительным способом.

Но выхода не было.

Он должен сделать то, что необходимо. Ради его детей. Ради себя.

Он поднял кинжал и провел им по левой ладони одним быстрым движением. На следе от него выступила линия крови. Мужчина капал алой жидкостью на темное лезвие.

Как только его кровь покрыла лезвие кинжала, металл засветился горячим бело-голубым светом.

Глаза Джахандара заблестели.

Теперь следует завершить цикл.

Он втянул носом воздух, молча умоляя спящего зайца о прощении. Затем провел светящимся лезвием по его горлу.

Джахандар наблюдал, как яркая кровь маленького существа пролилась на кинжал и металл из пылающе-голубого стал огненно-красным.

Магия с лезвия поднялась в воздух, заполнив комнату жутким розоватым светом.

И наконец он опять прижал кинжал к ладони.

Сила потекла в открытую рану, необузданная и пугающая. Проходя по его телу, она обжигала, нагрев его до самых костей. Глаза Джахандара сверкнули, и темный клинок упал на пол.

Когда взгляд мужчины прояснился, все вокруг него казалось более резким, чем раньше. Усталость, которую он чувствовал минуту назад, была всего лишь далеким воспоминанием. Он выпрямился. Глубже вдохнул.

Почувствовал себя непобедимым.

Он наклонился и поднял кинжал с пола, протерев его поверхность о сверток ткани, лежащий рядом с неподвижным тельцем маленького зайца.

Джахандар задумался.

Затем махнул рукой над кровавой тушкой.

И она исчезла во всплеске холодного света.

Жестокая правда

Шарзад плохо спала в ту ночь.

Ее сны были наполнены видением улыбающегося лица Шивы и звуком дверей, захлопывающихся в черной пустоте. Голоса, наполненные болью и предательством, эхом отдавались в ее ушах.