С радостью и удивлением я вдруг заметила, каким светлым и приветливым был мир вокруг. Тот обычный мир обыденностей вроде пробуждения по утрам, умывания, неспешной пешей прогулки и прочего. Я не без содрогания вспомнила об озёрном дне. Нет, мне совсем не хотелось возвращаться туда, кем бы я ни была по рождению.
Я брызнула ледяную воду себе в лицо, чтобы охладить чувства. Никогда прежде мне не приходилось так остро ощущать себя, принадлежащей этому миру, и радоваться этому так искренне и беззаветно.
Любовь, потаённая и непритязательная, покорная и пылкая, вошла в моё сердце. И ничто на свете, на том или на этом, не могло с ней сравниться.
2
- Думаешь, он твой, а ты его? - спросил старик, стоило мне появиться на пороге дома. - Нежное, наивное дитя. Мне не следовало надолго покидать тебя.
- Где ты был? - сухо спросила я.
- В Тёмных землях.
Пока я переливала набранную в ручье воду, старик стоял и наблюдал за мной, загадочно и тепло улыбаясь. Он держал в руках свой старый посох, но было видно, что он более не нуждался в опоре. Годы слетели с него, словно шелуха. Лицо разгладилось, спина выпрямилась, глаза светились здоровым блеском.
- И что ты видел там, Мерлин? Какие тайны ты постиг?
- Ах, Нимуэ, ну что за нетерпение? - он шагнул вперёд, раскинув руки в радушном жесте. - Тем более что исход всего тебе известен наперёд. Однажды я откроюсь - а ты ответишь подлостью.
Он протянул мне свою длинную белую руку, и я, невольно повинуясь, прикоснулась губами к костяшкам его пальцев.
- Безумная, как страсть, спокойная, как вечный сон, - тихо, нараспев, произнёс Мерлин. - А я, повергнутый, склоню свои колени.
Я холодно взглянула на него. Он взял меня за руку и прикрыл глаза.
- Дай же и мне взглянуть, - прошептал он. - Впусти меня, Нимуэ, - хрипло повторял он снова и снова, медленно приближаясь. - Я тебе не враг.
Он не лгал, я не чувствовала опасности или недобрых намерений. Поддавшись объятию, я склонила голову к его плечу и замерла.
У меня немного закружилась голова. Я вновь ступила на зыбкую почву воспоминаний, и ноги едва удерживали меня. Мерлин действовал стремительно, словно поспешно перелистывал страницы уже знакомой ему книги. А затем он вдруг остановился, и я увидела его и себя на озёрном берегу среди камней.
«Довольно! Довольно!», - задыхалась я, взмокшая и раскрасневшаяся, уворачиваясь от ищущих рук Артура.
«А если бы он был только он, - раздался низкий грозный голос, - ты бы впустила его, не так ли?».