— Марика… Отойди, — зачем-то он ее просит.
— Поздно, — раздается голос внезапно появившегося незнакомца.
Другой быстро хватает брыкающуюся девушку и прижимает к ее горлу кинжал. Пес грозно рычит, его глаза налиты огненной лавой ярости. Мужчина, прижимающий к себе хозяйку собаки, довольно говорит своему напарнику:
— Хорошая пташка нам попалась!
Его потные горячие руки, лапая, скользят по телу Марики. Она морщится, ощущая смрад от его давно немытого грязного тела. Близость с незнакомцем, схватившим ее, доставляет лучнице одну лишь постылую неприязнь.
— Убрал от нее руки, — рычит Ильяс.
Один из беглых, а айвинец уверен, что это именно они, примирительно поднимает руки.
— Слушай, друг. Нам драться с тобой незачем. Забирай пса и уходи. Войди в положение: давно бабы у нас не было.
Марику от этого заявления всю передергивает. Кинжал от ее резкого движения вдавливается в кожу и оставляет буро-алую полосу.
Брат Дария не выпускает кенара. Он слишком убежден, что чужаки — беглые из Кобрина преступники, решившие скрыться в Лиесе от преследования.
— Вот с-сука! — ругается держащий девушку мужчина, когда она до крови вцепляется зубами в его руку. Айвинец в этот момент тоже не теряет времени: нападает на беглого, отбрасывая Марику в сторону.
Волкодав подбегает к своей хозяйке. Поскуливая, он лижет ее лицо горячим шершавым языком.
— Клык, фу, — сморщивается лучница. — Собака ты или кто… Взять! — приказывает она.
Пес послушно нападает на противников. Ильяс же легко уходит от их ударов и, умело орудуя кенаром, не позволяет одержать над собой верх.
Слышится холодный звон стали. В лесу стоит мертвенно-бледная тишина. Стихают птицы, не различимы нигде их песни и позывки. Даже ветер будто иссяк, и не шумят, соприкасаясь, голые ветви. Лишь раздается глухой звук шагов и резкий, пронзительно-острый — ударов.
Волкодав вцепляется в неприятеля, державшего его хозяйку, и Ильяс без труда быстро валит нападающих мужчин. Отточено, уверенно айвинец наносит им смертельные раны. В воздухе разливается сладко-железный запах пролитой крови. Земля наполняется ею, что дождевой водой, легко впитывая.
— Цела? — спрашивает у Марики.
— Да, — отвечает она, стирая пыль с саднящих ладоней. Те кровоточат. Кожу с них девушка содрала во время неудачного падения.
— А ты неплохо дерешься, — признает девушка, убирая с лица рыжие пряди.
Мужчина только фырчет:
— Неплохой комплимент… воину.
— Согласна, — с иронией соглашается хозяйка Клыка. — Думала, справишься быстрее.
На ее колкую насмешку Ильяс никак не реагирует. Мигом серьезнеет: